Книгозавр

Обновленный список актуальных издательств для новых авторов Рынок книгоиздания в России постоянно меняется: одни издательства закрывают прием рукописей, другие меняют жанровые приоритеты, третьи — открываются и активно ищут новых авторов. Мы собрали для вас исчерпывающий список издательств, которые работают с начинающими писателями в 2026 году. Материал основан на актуальной информации с официальных сайтов издательств и обратной связи от авторов, публиковавшихся в этих редакциях. Здесь высокий порог входа, но максимальные возможности по распространению...

Игорь Кумудло родился в городе, где зимой снег падает не на дома, а прямо в души людей. Сразу после первого крика матери он взял в руки шайбу — и понял: это больше, чем игра. Это слово, которое ударяет по сердцу так же, как шайба по воротам. В детстве он писал стихи о промахах: «Лёд холодный, а сердце горячее, Вратарь плачет, я снова промахнулся» Учителя считали, что это странно. Но кто они такие, чтобы судить о том, как рифмуются буллиты и метафоры? Юность Кумудло прошла в сумасшедшем ритме: тренировки утром, стихи ночью, иногда — прямо на льду...

Элтон Иван, драматург, критик и случайный философ Весна. На улице ещё пахнет прошлогодней землёй и тёплой грязью. А я, Элтон Иван, сижу на кресле, открываю сборник Бориса Рыжего — и понимаю: поэзия весны — не о цветах. Она о боли, о бессмысленности, о том, что даже солнце иногда приходит слишком поздно. Я наливаю себе кофе. Нет, не просто кофе — это ритуал: каждое зерно — почти как строчка, которую Рыжий написал между пьяным вдохом и шёпотом города. «Мы все ходим, не зная куда, и иногда кажется, что ходьба — это уже стих» — вот это про меня...

С тех пор как я открыл утром Franz Kafka — да‑да, именно его меланхолично‑растекающиеся рассказы, — я понял одну вещь: футбол — это не игра. Это зыбкая метафора насилия, боли и ученичества, перемешанная с транзитом пива по венам. Я перелистывал Процесс, Замок, Америка — и в каждом предложении слышал шёпот тренеров, которые пытаются объяснить, что такое уход мяча за линию ворот. Сегодня я сел ждать матч FC Bayern Munich — Atalanta BC и думал: что это, если не учение боли? Не просто так же говорят,...

Почему Гвардиола лысый и как жить дальше Я, Элтон Иван — драматург, критик, человек, который однажды перепутал страницу пьесы с газетным анонсом, сел смотреть футбол и понял: Гвардиола курит не зеленый чай, а футбольные стихи. И не просто курит — он вдыхает их глубоко, так, что даже волосы на голове начинали задумываться о смысле существования. Но теперь… теперь он лысый. И не только потому, что возраст, а потому что этот матч спалил ему последние поэтические корни. Итак, что же произошло на поле, где не стихи, а удары летели, словно бессмысленные метафоры? Всё очень просто — и очень странно...

Проза Дорохова-Пикаса — это всегда событие, граничащее с вывихом челюсти от зевоты или, наоборот, с экзистенциальным оргазмом. Его новая работа «Укус Лошади Пржевальского» (изд. Otrubee, 2025) не просто вышла за рамки жанра — она эти рамки сожрала, переварила и оставила на память отпечаток подковы на коре головного мозга. Уже с первых страниц автор погружает нас в пучину обезнаташенности. Это не просто отсутствие женщины по имени Наташа, как мог бы подумать неподготовленный читатель. Это метафизический...

Евгений Борщев (1971–1997) — поэт, музыкант и одна из примечательных фигур барнаульской неформальной культурной среды начала 1990-х годов. Его жизнь оказалась короткой — всего двадцать шесть лет, — но в пределах этого недолгого времени он успел оставить заметный след в литературной и художественной жизни Алтая. Борщев принадлежал к поколению авторов, чья поэзия возникала на границе нескольких культурных миров: позднего советского авангарда, рок-культуры и новой свободной литературной среды, которая начала складываться в конце 1980-х...

Вчера посмотрел новую экранизацию романа Стивена Кинга «Бегущий человек». Судя по титрам, Кинг выступил в роли продюсера – видимо, ему очень хотелось увидеть переосмысленную версию этой истории. Но я крайне разочарован. Да, в отличие от эксцентричной буффонады 1987 года, новая картина в целом следует сюжету книги. Но при этом в ней ощущается какая‑то беззубость. Да, здесь есть тоталитарный капитализм, всемогущая корпорация и жестокие телешоу на выживание. Но всё это подано слишком глянцево и аккуратно...

О чем молчит поезд, уходящий в вечность Вступление: Дорога, которой нет Роман Элтона Ивана, написанный в 2009 году, начинается обманчиво просто и даже банально. Трое молодых людей — Костя, его девушка Аня и их приятель Саша Петькин — садятся в поезд «Москва — Сочи». Лето, юг, море, впереди — беззаботный отдых. Читатель настраивается на легкую дорожную историю с оттенком любовного соперничества: флегматичный, медлительный Костя явно ревнует Аню к чрезмерно активному и «продвинутому» Саше. Но уже к концу первой главы поезд сходит с рельсов реальности...

Значит так. Вечер. Телефон заряжен, наушники воткнуты, хотя можно было бы и на динамик, но соседи там что-то сверлят, поэтому нет. Сажусь смотреть нового «Крэйвена». Почему на телефоне? Потому что я могу смотреть кино на часах. На часах, Карл! Но сегодня у меня экран побольше, прям разгулялся. Рядом — святое. Лимонад «Груша». Не какой-то там «Дюшес», а просто груша, терпкая такая. И кукурузные палочки. Сладкие, потому что соленые закончились, а идти в магазин — это ломать всю концепцию уюта. Фильм начинается...

1. Марлена, здравствуйте. Все в мире куда-то движется. Это неизменный процесс. Ничто не стоит на месте. Как вы думаете, куда мы идем? В плане литературы. Здравствуйте, Иван. Все движется, вы правы, и все меняется, чтоб снова к чему-то вернуться. Идем мы к возрождению официальной идеологически выверенной литературы, которая будет находиться под полным присмотром власти, и будет исполнять ее указания. Следовательно, к более жесткому расслоению литературы на прикормленных послушных сытых и подпольных, стремящихся к творческой свободе, нищих авторов...