Книготека

Лесная земляника не такая сладкая, как садовая, зато ароматная. Зимой откроешь банку, а там целое лето законсервировано. Концентрированное, тихое северное лето с болтливыми ручьями под сенью малахитового ельника, с чайного цвета водой в студеной реке, скрывающей темные спины прожорливых костыликов, юных щурят, рыскающих в поисках беспечного малька на прокорм. С медовым настоем прогретых июльским солнцем лугов и журчащих в небесной сини скромных жаворонков, обозначающих мир и покой на земле. Варвара...

Жила была Зюзина Дарья Сергеевна, от роду пятидесяти лет. Возраст не то, чтобы большой, но вполне приличный. Дарья Сергеевна прожила насыщенную событиями жизнь и собиралась прожить еще столько же, потому что была очень активной и энергичной женщиной. Правда, одинокой. Но не суть. Через неделю она собралась отпраздновать свой юбилей, а потому, хорошенько выспавшись в воскресенье, подумала: начинается новая веха, которую юностью уже не назовешь. Прискорбно. Стареть ужасно не хочется. Но кому интересно – хочется ей или нет...

Начало здесь> Теперь, когда отношения у них были прохладные, он взял привычку говорить с женой вежливо и чуточку отстраненно. Алина набрала в грудь воздуха, попыталась справиться с собой и произнесла: — Я брала на работу вчерашние котлеты, сейчас поела, и, знаешь, кажется, они с душком. Ты же сегодня у себя в офисе обедал, тебе ничего такого не показалось? — Нет, вполне нормальные, вкусные котлеты, — ответил он. — Ну то есть ты у себя обедал, да? — Ну да. — А вот и нет! — заорала Алина, больше не в состоянии сдерживаться, выяснив, что хотела...

Итак, Игорь ей изменяет. Теперь это уже совершенно очевидно. Алина обхватила себя за плечи, словно пытаясь не развалиться, не рассыпаться на части. Черная полоса простиралась впереди бесконечной выжженной пустыней. Конца и края не видать. Ни в личной жизни, ни на работе никакого просвета. — Надо успокоиться, — сказала коллега и лучшая подруга Катя. — В таком состоянии нельзя принимать решений. Как бы дров не наломать. — Успокоиться? — выкрикнула Алина, и Катя посмотрела на дверь кабинета — разговор происходил на работе, их могли услышать...

Анна не помнила, чтобы в квартире когда-нибудь было так тихо. Тишина ощущалась физически, занимала все пространство, не давала свободно повернуться, пройти, сделать глубокий вдох. Хочешь выйти из комнаты — а тебя словно хватают за руки, на ногах висят пудовые гири, так и тянут вниз. В этой тишине часы на кухне тикали слишком громко. Казалось, это даже не часы, а кукушка в лесу отсчитывает твои последние дни. Холодильник вздыхал, как живое больное существо. И лифт за стеной гудел как-то иначе: гулко и одиноко...