Мередит: тайны бенефиса, который никто не заказывал
Роман Каграманов построил демонологический цирк на двести тридцать тысяч знаков — и забыл нанять дрессировщика. Эта книга не открывается — она выезжает на арену, скрипя несмазанным прожектором, и первым делом раскланивается перед пустым залом, будто там аншлаг. Роман Каграманов — не Карманников, прошу заметить, хотя после третьей главы начинаешь путать, — выходит на сцену собственного романа сразу в трёх ролях: автор, режиссёр и зритель, который сам себе хлопает из последнего ряда, потому что больше некому...

