Клуб любителей рассказов. Алла Баталина

— Вадим, ты вообще сегодня вставать собираешься? — спросила Ольга, остановившись в дверях комнаты. Муж лежал на диване в растянутой футболке, укрывшись пледом до живота. На журнальном столике стояла тарелка с мандариновыми корками, рядом — пульт, телефон и недопитый чай. По телевизору шёл очередной новогодний фильм, где все обязательно мирились, женились и находили счастье под бой курантов. — Я в отпуске, — лениво ответил Вадим. — Отпуск — это когда человек лежит. — Ты лежишь уже девятый день. — Значит, хороший отпуск...

— Откуда у тебя такие кроссовки? — спросила Ирина, едва сын вошёл в кухню. Денис даже не снял наушники до конца. Один болтался на шее, второй всё ещё торчал в ухе. Новые белые кроссовки сияли так, будто их привезли не из магазина, а из рекламы. — Купил. — На что? — На деньги. — Денис, не умничай. Он закатил глаза. — Бабушка дала. Я ей забор красил. Ирина поставила чашку на стол так резко, что кофе плеснул на блюдце. — Забор? Ты в жизни кисть в руках держал только на уроках труда. — Ну вот, научился...

Когда Николай ушёл, Раиса сначала даже не заплакала. Стояла посреди кухни, держала в руках мокрую тряпку и смотрела на дверь, которую он закрыл так осторожно, будто боялся разбудить кого-то. Только будить было некого. Их дочь Настя сидела в комнате над тетрадкой и, кажется, всё слышала. — Я не могу больше, — сказал Николай перед уходом. — Устал. Жизнь какая-то… беспросветная. Раиса тогда спросила: — А мы с Настей — это что? Просвет? Он отвёл глаза. — Не начинай. — Я и не начинала. Это ты чемодан собрал...

— Всё, на сегодня хватит, — сказала Алина самой себе и закрыла папку с записями. За окном давно стемнело. В стекле отражался её кабинет: книжный шкаф, мягкое кресло для клиентов, стол с аккуратно разложенными ручками, чашка остывшего чая. Всё было правильно. Спокойно. Профессионально. Только сама Алина в этом отражении казалась чужой. Красивая женщина тридцати семи лет. Волосы уложены, пиджак сидит идеально, макияж почти не пострадал за день. Но глаза… с глазами было хуже. Они устали так, будто смотрели не на клиентов, а сквозь них, куда-то в пустоту...

— Лер, ты только не обижайся, ладно? — сказала Марина и виновато улыбнулась. Лера уже знала: если подруга начинает с этих слов, значит, сейчас будет что-то неприятное. Они сидели в маленькой кофейне возле института. На улице моросил дождь, по стеклу стекали тонкие дорожки, а Марина держала в руках телефон и светилась так, будто внутри неё включили лампочку. — Я не обижаюсь заранее, — ответила Лера. — Говори. — Мы вчера с Полиной ходили на выставку. Спонтанно получилось. Она позвала, там билеты освобождались, и я… — Понятно...