Истории

— Бабушка сказала, что ты должен прогнать Лену, — произнёс Артём, когда Игорь укладывал его спать. Игорь замер с книгой в руках. Четырнадцатилетний подросток смотрел прямо, без тени смущения. Как будто передавал сводку погоды. — Прямо так и сказала? — Ага. Что ей в нашем доме делать нечего. Игорь медленно опустил книгу на тумбочку. Внутри что-то сжалось и больно отозвалось под рёбрами. Он знал, что визит Валентины Петровны не принесёт ничего хорошего. Знал, но надеялся. Всегда надеялся на лучшее...

— Это мой дом, Ника. И пока ты здесь живешь — мои правила, — отец говорил ровным голосом, будто обсуждал условия очередной сделки. Сидел за массивным письменным столом, не поднимая глаз от бумаг. Вероника стояла посреди кабинета и чувствовала, как внутри что-то рвется. Еще вчера она вернулась из Турции, загорелая, счастливая, строила планы на будущее. А сегодня отец вызвал ее к себе и спокойно, деловито сообщил: через три месяца свадьба. Жених — Геннадий Петрович, сорок три года, деловой партнер, трижды разведен...

— Как знала, что оформлять на Андрюшу не надо, — Нина Сергеевна потирала руки, будто грелась у невидимого костра. — Пришлось бы теперь с непонятно кем делиться. А так все в семье останется. Ты, кстати, вещи собирай. Неделя у тебя есть. Марина смотрела на свекровь и не узнавала. Нет, она всегда чувствовала холодок в отношениях, но чтобы вот так, через три дня после похорон мужа... Двор встретил их гулом. Соседские бабушки на лавочках переглядывались, шушукались. А Нина Сергеевна стояла у подъезда, перегородив дорогу своей грузной фигурой...

— Вероника, у Марины начались схватки! — голос матери дрожал от волнения. — Представляешь, через несколько часов я стану бабушкой! — Держи меня в курсе, — бросила Вероника, не отрываясь от экрана. Среда, конец квартала, отчеты горели. Пальцы порхали по клавиатуре, цифры выстраивались в ровные колонки. Все под контролем. Как всегда. Она положила трубку и вернулась к таблицам. Где-то в городе ее двадцативосьмилетний брат нервно расхаживал по коридору роддома. Где-то его жена корчилась от боли. А здесь, в прохладном офисе с панорамными окнами, была другая жизнь...

— Ты видела! — Игорь ударил кулаком по столу. — Одиннадцать лет ты смотрела, как меня превращают в тряпку! И молчала! Вера Николаевна не вздрогнула. Только положила вязание на колени и посмотрела на сына спокойно, почти безучастно. — Кричи на мать. Я во всём виновата, конечно. — А кто ещё? — Игорь прошёлся по комнате, той самой, где вырос. Где всё осталось как прежде: книжные полки, старый письменный стол, выцветшие обои. Только он сам стал другим. Или просто увидел себя настоящего. — Ты же понимала! С самого начала понимала, что Марина мной вертит! — Понимала, — согласилась Вера Николаевна...