Килук Овергейс

Морские волны набегали, ласкали мне ноги. Море здесь лишь по названию, мелкое и почти не солёное. Но — море! Хотя некоторые говорят, что ещё Дон. Я сидел на набережной, опустив ноги в воду. Солнце едва виднелось на горизонте. Впрочем, после произошедшего уже не совсем понимал, что сейчас: восход или закат. А надо же — случайно попавшее мне сообщение в мессенджере, номером ошиблись… «Привет, брат! Надиктовываю второпях, погоня наступает на пятки. Чтоб ты знал: база раскрыта, персонал уничтожен, я — последний...

Решил обсудить вопрос, должен ли автор научно-фантастического произведения нести ответственность за свои предсказания. Речь, понятное дело, не об осуждении призывов ко всякому или же смакования ужасов и вообще дел, которые подпадают под статьи Уголовного кодекса. Нет-нет! Мой интерес скромнее. Хотелось бы немного осветить тему предсказаний, которые сбылись, но оказались порочными. Что имеется в виду под «порочностью»? Тут всё выглядит простым. Без предсказанных вещей жизнь в обществе, равно как существование отдельных личностей, была бы лучше, безопаснее, радостнее, в конце концов...

Хотелось бы затронуть вопрос о любопытной стороне влияния научно-технического прогресса на литературу. Но сначала небольшое лирическое отступление, которое касается сугубо внешних моментов процесса. Занятно. Однажды в ходе творческих поисков и их переносе на бумагу... Вот тут и будет обещанное отступление. Ибо я параллельно задумался: «Эх, а когда в последний раз писал что-то всерьёз на настоящей бумаге?» Фразу о воплощении творческих поисков явно следует понимать в виде метафоры. Почти как некоторые красочные высказывания стародавних времен наподобие «заточить перо»...

Сэм сел за рабочий стол и привычным жестом, не глядя, ткнул кнопку питания ноутбука. Из кухни доносилось ворчание жены: — Опять засел за свои железяки! У сына обувь худая, а он... Сколько можно, в самом деле? Говорила мама, не связывайся с этим... Вот же... Слов нет! «Давай, давай, — думал Сэм, — ворчи-ворчи. Вот реализую план, узнаете у меня!» Меж тем из отражения в ещё тёмном экране на Сэма глянуло суровое лицо: широкий, чуть приплюснутый нос, узкий скошенный лоб, шрам через всю правую щёку... Экран засветился, и отражение пропало...

Обсуждал идеи, высказанные в статьях канала, и вот о чём задумался. А насколько искренен творческий человек? Попробую пояснить вопрос. Речь не о том, что кто-то сознательно или (в обыденном смысле) бессознательно вводит других в заблуждение. Или, если говорить грубее, обманывает. Думаю, ситуация оказывается поглубже и напоминает сложности с входом и выходом в/из образа у актёров. Ведь очень сложно сыграть, скажем, Хлестакова или Наполеона. Причём неизвестно кого сложнее. Следует вжиться, прочувствовать, «влезть в кожу»...

Обязано ли добро побеждать зло? Странный вопрос. Но только на первый взгляд. Ведь важно чётко понимать, что такое добро и чем оно отличается от зла. Когда-то в стародавние времена всё было просто. И не возникало трудности для поиска ответа на вопрос, а что такое добро? Что-что... Как говорится, что «нажито непосильным трудом». Тем самым добро — это имущество. И с такой точки зрения очень легко понять, как в древности понимали зло. Всё же просто! Вот утащит кто ваше «добро» — он разве не...

Интересно, почему в последнее время всё меньше и меньше популярности у научной фантастики и всё больше и больше у фантастики, скажем так, не очень научной? Предлагаю задуматься. Оговорюсь, что удовлетворительного ответа у меня нет. Так, небольшие соображения на этот счёт. А начну вот с чего. Казалось бы, сейчас самое время новому взлёту научно-фантастической литературы. Почему так думаю? Вот причины: 1. Бурное развитие вычислительной техники и вообще цифровых технологий. Кругом шагу не ступить, упрёшься в экран смартфона, тачпад ноутбука, а то, чего греха таить, пнёшь системный блок под столом...

Девочка вышла на берег озера и приблизилась к воде. Вокруг валялись валуны, поменьше и побольше. Вода озера слабо колыхалась в порывах ветра и почти не касалась валунов. «Ну вот, — подумала девочка, — лежат и никому-никому не нужны, даже волнам». Неожиданно валуны ответили. Во всяком случае, девочка ясно услышала их голос. Возможно, он звучал только в её голове. Но зато очень чётко! — Волн здесь не бывает. — О, привет, — проговорила девочка. — С кем имею честь? — Я Ближний. Валун пошевелился. Он и вправду стоял ближе других к воде...

Задумывались ли вы о том, что наш мир полон перевёртышей? Поясню, о чём я. Раньше, в далёком-далёком прошлом всё в обществе и культуре виделось ясным, понятным и почти однозначным. Почему почти? Потому что и в древние времена имелись отступления от правил. Но всё же их наблюдалось гораздо меньше. Вот представим жизнь античного грека полиса средней руки. Нет, не Афин или Спарты, а какого-нибудь отдалённого, маленького и не вполне даже запомнившегося. И тем не менее грек рождался, получал образование (ну, то, античное), вливался в ряды граждан...

Путешествие Вернунфта, он же Верни, герой «романа» по мотивам «Критики чистого разума». Открытие сути времени как формы чувственности застало героя в Неаполе. Но дальше — больше! Верни проследовал в гостиницу, точнее, на постоялый двор на окраине Неаполя. Тут столкнулся с вполне радушным приёмом. Только вот сказали, что город переполнен приезжими, свободных мест почти нет. Поэтому надо бы определиться. Хорошо, как определимся? Служащий ответил, давайте поймём, на какой этаж гость претендует в количественном плане, общий или частный...