Философский роман

Путешествие Вернунфта, он же Верни, герой «романа» по мотивам «Критики чистого разума». Открытие сути времени как формы чувственности застало героя в Неаполе. Но дальше — больше! Верни проследовал в гостиницу, точнее, на постоялый двор на окраине Неаполя. Тут столкнулся с вполне радушным приёмом. Только вот сказали, что город переполнен приезжими, свободных мест почти нет. Поэтому надо бы определиться. Хорошо, как определимся? Служащий ответил, давайте поймём, на какой этаж гость претендует в количественном плане, общий или частный...

Продолжение «романа» по «Критике чистого разума» Иммануила Канта. Как знать, ещё когда-нибудь экранизируют. И герой есть — Вернунфт, он же Верни. Мыслитель и путешественник. Молодой, горячий! Стремится в Италию выплеснуть энергию. И подумать над вопросом, в каких пределах разум способен полагаться только на себя? Новая глава — новая история. Корабль вошёл в неаполитанский порт, пристал к берегу. Верни снова порадовался сделанному в путешествии открытию. А со стороны смотрелось, что молодой философ просто закрывал и открывал глаза...

Итак, превращение кантовской «Критики чистого разума» в роман. Герой выбран — это Вернунфт или кратко Верни. В поездке в Англию он получил задание раздобыть уникальные сведения. Надо понять, как заставить разум опираться единственно на себя самого. Но не только! Разум должен приходить к истинным заключениям. О чём? О душе, мире и боге. Только такой путь подарит немыслимо высокую по ценности награду — уверенность в том, что наше знание совсем-совсем истинно! Почему не дают остальные пути? Об этом Верни задумался на корабле, отплывшем из Англии в Италию...

Представим, что Иммануил Кант, создатель известного всему миру труда «Критика чистого разума», писал бы на самом деле не философский трактат, а художественное произведение. Представили? Что, говорите, сложно? Сухо, монотонно, бессюжетно... Если и роман, то плохой. А поэзией назвать — язык не повернётся. Хотя вот говорят, архитектура — застывшая в камне музыка. Философы — строители мысли — могли бы называться поэтами, поставившими вдохновение на фундамент. Считаете, что не могли бы? Да ну! Платон...