Писатель - Дмитрий Хоронжин

👉 [ Ссылка на книгу ] 👉 [ Ссылка на Главу 50 ] Последняя глава. Последний шаг. Последний выбор. На берегу все по-прежнему — солнце, снег, Мила рядом. Он долго боролся. За здравый смысл, за любовь, за прощение. Но есть то, от чего нельзя убежать — зов. Не прощание. Не побег. Это — его выбор. Его... Хотя, как по мне, гораздо хуже безразличие системы, особенно людей из министерства. Для них будет огромная радость наказать тех, кто гораздо умнее их самих. Из всех орудий, что мы обращаем против себя, вина — мощнейшее. Она искажает память, меняет облик прошлого… засеивает душу одержимостью. Беспристрастное самонаблюдение — это просто еще одна форма одержимости...

👉 [ Ссылка на книгу ] 👉 [ Ссылка на Главу 49 ] Камера стала привычным домом, а он — подопытной мышью в чужом эксперименте. Усталость. Смирение. Тихая обреченность. Чем спокойнее становится Иван — тем тревожнее становится читателю. Все идет слишком правильно. Лежал на грязном, холодном полу, надеясь, что простое нежелание жить когда-нибудь вытеснит из него остатки жизни. Мы вечно сопротивляемся тому, что должно принести покой. Несемся в другую сторону, разбиваемся о стену отрицания… Все потому, что неправильно понимаем само слово «покой». К кошмару нельзя подготовиться, в нем тебе всегда страшно, на то он и кошмар...

👉 [ Ссылка на книгу ] 👉 [ Ссылка на Главу 48 ] Иван впервые делает шаг навстречу доктору — но внутри все еще кипит. Диалог превращается в исповедь. Исповедь — в срыв. А срыв — в очередную точку невозврата. Им просто некуда больше идти — либо сюда, либо спиться и захлебнуться в собственной рвоте. Выбор невелик. Сейчас они винят в своем положении пациентов — ведь кто-то должен быть виноват в их несостоятельности. Все считают себя жертвами, потому и жалеют себя любимых. Винить государство опасно, за такое можно загреметь далеко и надолго. А кого не страшно и не жалко? Зачем мне из счастливого...

👉 [ Ссылка на книгу ] 👉 [ Ссылка на Главу 47 ] Иван сталкивается со своими глубинными страхами. Иллюзии рассыпаются, жестокая правда все ближе. Как пережить осознание того, что ты сам — источник собственной трагедии? Обычный преступник может исправиться или сгодиться для грязной работы, но эти ни на что не годны. Под ногами оставались темные следы — будто зияющие пятна, в которые, казалось, можно было провалиться, если слишком долго вглядываться. Лампа, словно собравшись с силами, вновь затрепетала и немного разогнала мрак, дав слабый островок света. Боли больше не существовало, была только ненависть — к себе...