Писатель дома

На новогодние каникулы поехать в Сибирь на свадьбу подруги и замутить со свидетелем жениха? Отличная идея, кроме того обстоятельства, что к сорока пяти годам Татьяна Павловна сильно устала от поисков мужчины в свою жизнь и мутить ничего не намерена. Да и Сибирь эта ваша - оно далеко и холодно, вот еще. Но как же не проследить, за правильного ли человека выходит замуж дорогая подруга? Жених-то - красавчик, а, значит, проблемный по определению! Татьяна дойдет до самой сути, тучи разведет руками, построит...

Вот был такой человек, которого мы знаем все под псевдонимом Мольер - он всю жизнь хотел писать (и ставить на сцене, и играть в них) трагедии классического стиля. И что? И правильно, проваливался в них с треском, зато несколько сотен лет на всех сценах мира играют его комедии, столь блестяще освоенный им “низкий жанр”. Я, конечно, знамо дело, совсем не Мольер. Но с упорством, достойным лучшего применения, я уже десять лет, как пытаюсь написать любовный роман (не спрашивайте, зачем, наверное, завидую нормальным людям, которые это могут)...

Те, кто читает меня давно – или же те, кто заглядывал в «Жизнь как текст» - могут помнить, как всё (внезапно) начиналось для меня в историческом романе, но ситуация такова, что сейчас здесь не так уж много людей, помнящих столь давно. Поэтому что-то меня торкнуло осенью и необходимостью взгрустнуть. Итак. Всё начиналось с поэзии. Пятнадцать лет назад, задыхаясь от воспаления легких и третьего курса антибиотиков подряд, я написала балладу (она вышла вот здесь). Ну, как балладу… нечто длинное и достаточно интенсивное...

Во времена оны, когда «Белокурый» находился еще в процессе, один читатель мужского пола брюзжал мне на героя, что, мол, он его бесит, что герой слишком блондин, слишком имбовый, что ему все бабы дают – и вообще, не понимаю, там полон двор мужиков у Джеймса V Стюарта, а я не вижу в тексте ни одной мужского фигуры калибра Белокурого. То был первый, но далеко не единственный случай, когда читатели (М) начинали заниматься компаративной фаллометрией с моим героем. Ну, что тут поделаешь… автор сперва офигевал, потом стал веселиться...

Не знаю, как вы, а я люблю ходить по музеям, даже если весь тот музей – четыре с половиной комнаты. Даже из очень маленького музея можно вынести впечатление хотя бы об одном экспонате, которое будет стоить всего того посещения целиком. Для туристов краеведческий музей на Хужире предоставляет все условия – и вход копеечный, и время работы с 14 до 20 (ну, кто пойдет в музей с утра – тот Винни-Пух, на медведей хужирцы не рассчитывают). Вход копеечный, а удовольствия целый вагон. Музей крохотный, но сделанный с любовью, очень информативный, местами по-хорошему наивный...