Казанцев - поэт и прозаик.

Я не пишу, Я обращаюсь, Но не к себе, а к вам - К дургим. Почто в себе сгубили жалость? За что коверкаете мир? Почто уродуется вера Хотя бы в проповедь Христа? И разве кровь важнее перла? Но разве плеть быстрей пера? Пустой вопрос. У человека Прошло стремление к мечтам. Возвоет дуло пистолета, Но не взгремит густой орган. И в этой пагубности века Пророкам не хватает крыл. Где сердце приоткрыло веко, А его кто-то призакрыл, - Творится дело без закона. Но есть Закон, что выше нас. Не в томной речи богослова, Не в крике либеральных масс Его столь значимая сила. Та сила есть первостепенна, Берёт начало от созданья мира, Как еннова сестра, нетленна. Да, это жизнь. Она рассудит И доведёт лета до Леты. И каждому воспоминаньем будет, Как прожил он свою Планету. И что осталось напоследок В душе (ведь тело больше ни к чему)? Простой обмылок, пустотелый Кому всучит свою вину?.. А я хочу, чтобы усталость Ушла из сердца в почвы рук, Но не пишу, а обращаюсь, Чтоб слышен был Предсмертный звук.

Наставление Вторая половина дня. Темнеет. Уходит вдаль моя печаль. Скрипя струной поэт светлеет И манит марлевую даль. Я расточительно бесстыжий, Я забываю про себя, Вокруг снуёт мечта, прося Чтоб я хоть строчку песни выжал. Но я то отвергну это в миг, Что лезет мне за воротник. Пускай ко мне примкнет обида - Я положу её в слова. Но где такое было видно, Чтоб песня без души жила? И мне не воскресить поэта, Хотя бы одного себя. Когда поет струна зазря, Я вижу, что несносно это. И незачем тогда слагать, Когда мне нечего сказать. До коли будет продолжаться Моя к себе же нелюбовь, Я не смогу пиитом статься, По-умному нахмурив бровь. Я не смогу понять планету, Пред тем забывши про нутро, И будет песня про одно Бесчеловечное "вот это"... Нет, мне не сжиться со стихом, Пока в душе и горле ком. Не нужно делу человека Морально выше быть творца, И как гордиться новым веком, Если себя же отрицать. Если себе же не доверить Нам воспитание своё. Душа внутри не воспоет Заглохнет или потемнеет . И сочиню тогда свой стих, Как стану я живей живых!..

Мне плохо. Странно как-то ночь легка: Молчаливы стены, двери, В серой дымке потолка Ни одной не видно тени. Всё застыло мёртвым сном, Лепестки к земле повисли. Но слагают песни в тон Моей грусти мои мысли... Отчего в пустой груди Раздаётся сильный грохот? Почему сейчас внутри Тяжело, темно и плохо?..

Ночь Покинь меня, безумный День. Приди ко мне, безлунна Ночь. Заволочи, безмолвна Тень Так, чтоб никто не смог помочь. Так, чтоб никто не смог помочь, Меня в сугробы заточи. Приди ко мне, безлунна Ночь И мои раны залечи. Ты мои раны залечи, Ты мои раны залечи. Приди ко мне, безлунна Ночь, Хочу пропасть в степной ночи. И веткой, Ель, стучи, стучи! Я не смогу тебе помочь. Кричи, кричи, кричи, кричи... Над нами есть и будет Ночь! Покинь меня, безумный День. Приди ко мне, безлунна Ночь. А я, как ласковая тень, С тобой уйду по тропке прочь... Одна лишь ночь в моей груди, И только ель в моих глазах, И только страхи на пути, И только тяжесть на плечах. И только раны на спине, И только сколы на висках, И лишь препятствия в судьбе И только ужас на губах. И моё тело носит боль И я кручу себя в спираль, А моя жизнь проходит вдоль, А я иду на вертикаль...

Нет, не всегда стихи помогут... Нет, не всегда стихи помогут, Есть чувства чуждые словам. Они в тебе как будто тонут И опускаются к ногам. И не стакан, и не окурки - Не успокоят гул в груди, Есть неизвестное науке Сверленье в спинномозговой кости. И не отцу свою дилемму, Ни матери не сможешь рассказать. Ты эту нейропроблему При них же будешь развивать. Да, это чувство выше боли, Его не заглушить стихом. И только время его смоет, Прикрыв тебя своим крылом...