Ник Штерн

– Тсс, – Реджи приложил палец к губам. – Это точно человек. Не пепельник. – Что насчет жетона? – Я его не чувствую. Значит, это либо наш разведчик, либо очень хитрый охотник. – Хорошо, – тогда я захожу первым. – У меня двустволка. – Правильная мысль, новичок. А я прослежу, чтобы никто не подобрался к нам сзади. – Как в прошлый раз, у часовни? – улыбнулся я. – Может и по-другому. Давай, действуем. Я медленно приблизился к двери офиса шерифа. На ней, отчетливо, отпечатался темно-алый контур раскрытой ладони...

– Очнулся, наконец? – Реджинальд склонился надо мной с кривой улыбкой. – Думал, тащить тебя придется. – Тащить? Куда? – я оперся на руку, медленно поднялся и осмотрелся. Мы находились на холме, на окраине небольшой опушки. Солнце, все еще было низко, но хорошо освещало окрестности. Внизу отчетливо виднелось высокое, деревянное здание, напоминающее часовню. Слева от нее, широким полотном стелилась дорога, ведущая в небольшой городок. Справа, торчали из земли, словно острые клыки, почерневшие остатки сгоревших деревьев...

Ну вот, совсем другое дело. Теперь, я, вполне, сойду за своего. Я стоял посреди комнаты и двигал руками в разные стороны, пытаясь понять, удобно ли сидит одежда. Потертые, черные джинсы, сапоги, белая рубашка, темно-коричневая жилетка и такого же цвета длинный, кожаный плащ. Не знаю, какая нас ждет погода в Угодьях, но, надеюсь, я не прогадал. И последний штрих. Я застегнул ремень с кобурой. Вот и все. Я глубоко вдохнул. Выдохнул. Пора. Открыв дверь, я, неожиданно, вздрогнул, увидев перед собой моего напарника...

Следующую неделю я провел за подготовкой. Каждый день я посещал стрельбище. Мне довелось опробовать еще пару револьверов, три карабина, две винтовки и однозарядное ружье. Точность моя заметно возросла, а руки стали крепче и перестали дрожать. Также, я занялся своей физической формой. Меня, предсказуемо, отказались выпускать во двор для пробежек, поэтому, все, что мне оставалось, это упражняться у себя в комнате дважды в день. Конечно, за неделю, я практически не добился результатов и мышцы мои горели...

Кларк очень воодушевился, когда я спросил у него про тир. Будто только и ждал того, чтобы посмотреть на то, как я обращаюсь с оружием. Он широко улыбался и чуть ли не подпрыгивал на месте. – Конечно, мистер Дюран. Я отведу вас. Прошу за мной. Оказалось, что стрельбище находится в подвале дома, в котором располагалась моя новая комната. На входе нас встретил добродушный охранник и, с радостью, разрешил нам пройти внутрь. Ранним утром стрельбище было совершенно безлюдным, только местный оружейник дремал за стойкой, тихонько сопя...

Ну, конечно! Оружие забрать с собой мне не дали. Хотя, какая разница? Я бы все равно не смог бы им воспользоваться. Что бы я сделал? Расстрелял охрану, взял бы в заложники Уитли или Розенфорда? А дальше? Я даже не знаю, где нахожусь. Что если весь город под их контролем? А может, мы вообще находимся посреди пустыни и до ближайшего города сотни миль. Надо выкинуть эти мысли из головы. Судя по тому, что я услышал от этих людей, у них самые благие намерения. Но все, конечно, знают известное выражение...

– А, это вы, мистер Дюран, – доктор Хорн расплылся в широкой улыбке. – Проходите, пожалуйста. – Доброе утро, мистер Хорн, – я аккуратно присел на край кушетки. – Если вы здесь, значит, вы, должно быть, уже подписали контракт? Или, может, вас беспокоит ваше здоровье? – Я здесь, чтобы получить дозу вашей сыворотки… Чего бы она из себя не представляла. – Не волнуйтесь, мистер Дюран, – Хорн подмигнул и потянулся к дверце шкафа. – Она, практически, безопасна. – Практически? – Она не превратит вас в пепельника, не переживайте...

Оставшись в своей комнате, наедине с собой, я долго не мог успокоиться. Ходил из угла в угол, громко ругался и кричал. Затем, в порыве злости, ударил кулаком в стену и тут же пожалел об этом. Мокрая бетон оказался крепче и мою руку пронзила тупая боль. – Сука! Я упал на матрас и тяжело задышал. Неужели и после смерти мне не будет покоя? Мне не оставалось ничего другого, как просто ждать. Ждать и готовиться. Морально. Физически. Я не понимал, что ждет меня в тех самых Угодьях. Было ясно одно – это будет похоже на охоту...

Вскоре, после того, как мне удалось подобрать свою челюсть с пола, явился Кларк. В этот раз он был, на удивление, молчалив. Сколько бы я не пытался заговорить со своим проводником по пути, тот отвечал односложно и мыслями был явно не здесь. Он не сказал, куда мы идем. Вопреки ожиданиям, наш путь лежал не обратно в мою тесную и влажную обитель. Поднявшись на лифте, мы повернули совсем в другую сторону и, спустя несколько минут, оказались перед двустворчатыми дверьми возле которых дежурила вооруженная карабинами охрана...

Наблюдая за тем, как доктор Хорн склонился над беднягой, пытаясь затянуть жгуты на том, что осталось от его нижних конечностей, я с трудом сдерживал рвотные порывы. Что могло сотворить такой ужас с этим бедолагой? Что это за помещение? Что от меня скрывают? И почему мне показали это сейчас? Доктор что-то говорил, про человека с моими способностями. Неужели это их странный способ вербовки? Они правда считают, что увидев все это, я захочу быть следующим? Пока я раздумывал об увиденном, Хорн, наконец закончил со жгутами и вколол мужчине большую дозу лекарства...

Я открыл глаза. Голова раскалывалась, а в ушах громко гудело. Держась за затылок, я осторожно осмотрелся. Я снова находился в знакомой комнате, но теперь здесь было значительно светлее чем раньше. Кто-то позаботился о том, чтобы разместить на стенах пару фонарей. Должно быть, тот же человек, что и притащил меня сюда, пока я был в отключке. Закрыв лицо руками, я просидел какое-то время, в одной позе. Затем, убрал руки от лица и долго разглядывал их не узнавая. Будто эти ладони, эти пальцы, принадлежали совсем другому человеку, не мне...

В глаза будто насыпали песок. Мне было очень трудно их открыть, но еще сложнее было удержать их открытыми. Сперва я не понимал, что происходит. Я помнил, как меня подстрелили, помнил нависшего надо мной напарника, который звал на помощь. И что теперь? Я умер? Тогда, почему я жив? Почему дышу? Почему чувствую? Или меня успели спасти и я в больнице? Я еще раз попытался открыть глаза и с большим усилием, мне это удалось. Правда, один, тут же закрылся. Но ничего, так тоже сойдет. Одним глазом, я попытался осмотреться вертя головой, но было темно...