Катерина Коровина

Классическая задача треугольника карпмана. Из-за туч наконец-то выглянуло солнце, радостно сообщая о скором приближении лета. Впервые за долгое время ветер перестал терзать блуждающие облака своими леденящими объятия, сменив гнев на милость. Она сидела на открытой веранде и смотрела на телефон каждый пять-десять минут, но он не звонил. Глухо как в танке. «Неудачное сравнение», — подумала она не о танке. Он был слишком непредсказуем, отчего она пыталась вычислить алгоритм или взаимосвязи его непостоянства. То он был мил, добр и щедр, а то замыкался в себе и требовал полное отсутствие контакта. Ей хотелось любви и человеческого счастья, а чего хотелось ему, она не знала. Но очень хотела узнать. «Попробуй привлечь внимание, — вещала гуру с экрана смартфона. — Задень его триггер. Покажи, что тебе не всё равно». И она щупала его триггер, как щупает врач-онколог нерадивого пациента. Только врачи знают, что нужны анализы, обследования — обычное щупанье способно ошибиться. И она ошиблась. Пытаясь разгадать загадку, она надела на себя вопрос, на который не знала ответа. Её обследование больше походило на осмотр нерадивым пацентом врача-онколога. Она запуталась. Каким было её настроение? И отчего оно обязательно должно быть определённого цвета, она не знала. Вокруг было много людей, все просили внимание, деньги, власть, желание. Люди часто хотят одного и того же. Телефон молчал. Дни шли, предательски высасывания последнюю надежду оказаться в центре его внимания, но его фокус был смещён. Она знала, кого винить в своих неудачах — соперницу — женщину, которая отбирала её счастье. Она должна была доказать, что лучше, красивее, умнее и богаче её. Она поставила на кон всё, что у неё было, и не могла проиграть! — Простите, я не лудоман, — ответила соперница, дав понять, что он не у неё. Чем ещё больше разозлила. — А кто ты? — подумала и добавила. — Кто ты есть? Но соперница ничего не ответила — то ли потому, что не была соперницей, то ли потому, что не понимала, что она соперница. Он был единственный, кто знал правильный ответ, но упорно молчал. Он давно привык к своей участи. Смирился.

Серия мини-историй на скорую руку. Обознался. Жила-была одна молодая девушка и повстречался ей на жизненном пути один мужчина. Начали они встречаться — мужчина сам ей предложил. Дарил подарки, внимание оказывал, говорил красивые, благородные слова, что она у него единственная и неповторимая, что любить её будет всегда, будет на руках носить, женится и будет всё ради их общего счастья делать. Девушке хотелось верить ему, но было в нём что-то не то — что-то лживое, искусственное. Вечно он кем-то притворялся и вечно куда-то исчезал. Однажды девушке надоели эти странные отношения и ей захотелось узнать, насколько серьёзные у мужчины намерения. Он ответил, что самые что ни на есть серьёзные, и предложил сделать совместную фотографию в знак доказательства того, что он думает об их совместном будущем. “Я эту фотографию распечатаю и повешу на самое видное место”, — сказал он. А когда пришёл момент фотографирования, он надел шляпу и чёрные очки, чтобы его никто не узнал. И тут ещё фотограф взял и ляпнул, что мужчина стесняется не самого фотографирования, а спутницы, с которой он будет на фотографии. И девушка расстроилась. Расплакалась горько. Она была из небогатой семьи, и мужчина постоянно её этим попрекал. Она хотела уйти, но он не дал ей этого сделать, а вместо этого надругался над ней. Он был первым, а девушка не готова была к настолько близким отношениям. И в тот же вечер он её бросил. Ушёл к другой, у которой семья обеспеченная. Фотографировался с той без шляпы и без очков — всем показывал их совместные фотографии, хвастался, как ему повезло богатенькую отхватить. И девушка эта запомнила то, что произошло, но никому не сказала, ни единой души. Решила, что сама виновата — доверилась лгуну и негодяю. Прошло какое-то время, и он снова к ней пришёл, пытался узнать, будет ли кому она рассказывать об их отношениях. Она сказала, что он обознался, перепутал её с кем-то другой, однофамилицей. И в тот же вечер ушла гулять с другим, а после вышла замуж и родила детей. Иногда он приходит под окна её дома, топчется на месте и высматривает, вспомнит она его или нет. А она его и не забывала — лишь простить не может за то, что он сделал — как потом над ней все смеялись, когда он её опозорил, — как все пальцем показывали, обзывали, вещи портили, тогда времена были другие и нравы, более суровые. Она запомнила, как он унизил её перед всеми — уж это-то она запомнила на всю жизнь. Но, вообще, он обознался: она всего лишь навсего похожа на кого-то. На кого-то другого.

Завязать галстук потуже На белоснежной коже — Этот мир совсем не угрюмый, Хоть и может дать по роже. Рабочие будни, важные встречи — Важные люди расправляют Важные плечи. Кто же знал — так будет Отныне и впредь — Рабочей жизни Вновь круговерть.