Калейдоскоп судеб. Писатель | Артемида

Металлическая рулетка щелкнула с сухим, резким звуком. Этот звук совершенно не подходил для праздника. Моего тридцатипятилетия. Я стояла у кухонного гарнитура с заварочным чайником в руках. Черный чай медленно окрашивал кипяток. В просторной гостиной, которую мы с Виктором ремонтировали последние полгода, находились трое. Мой муж. Моя свекровь Софья Михайловна. И незнакомая пара — мужчина в легкой куртке и женщина с блокнотом. От угла до окна ровно три метра, — громко констатировал незнакомец, сворачивая ленту рулетки...

— Положи Степке еще говядины, Лиза. Он с утра на ногах, а ты тоненько режешь, будто мы тут экономим, — голос Глеба звучал мягко, но в этой мягкости была привычная сталь. Я молча взяла нож. Кусок запеченного мяса поддался легко. Говядина сейчас стоила дорого, цена за килограмм хорошей вырезки легко доходила до семисот пятидесяти рублей, но сегодня был особенный вечер. Десять лет нашего брака. Глеб настоял на том, чтобы мы отметили это дома, в «узком семейном кругу». Семейный круг состоял из нас двоих...

— Игорь, мангал ставь левее, ближе к туям! И стулья тащи из мастерской, там их целая гора без дела пылится, — голос Виктора разносился над стриженым газоном так, словно он командовал парадом. Я стояла на веранде с миской нарезанных огурцов и смотрела, как муж дирижирует расстановкой мебели на моём участке. Участок был мой от первого забитого колышка до последней высаженной туи. Я купила эту землю три года назад, когда закончила реставрацию большой усадебной коллекции для одного фонда. Гонорар позволил поставить крепкий дом и сделать отдельную мастерскую с правильным светом...

— Давай левее бери, Михалыч! Не цепляй угол, там кабель! — густой бас моего бывшего свёкра перекрывал натужное рычание дизельного двигателя. Я стояла у открытой дверцы желтой машины «Яндекс Такси» с чемоданом в руке. Мой отпуск закончился ровно три минуты назад, когда мы свернули на нашу улицу спального района в ближнем Подмосковье. Мой идеальный рулонный газон, который еще три недели назад стоил мне нервов и круглой суммы, теперь напоминал линию фронта. Поперек зеленой лужайки, от моего распределительного...

— Положи это на стол, — сказала я. Кирилл стоял у моего пюпитра. Он методично перекладывал нотные тетради из одной стопки в другую. Делал он это молча, с сосредоточенным лицом человека, который наводит порядок там, где его не просили. — Я просто протираю пыль, — ответил он. — Мои ноты не нужно протирать. Он пожал плечами и бросил партитуру на край стола. Листы скользнули по полированной поверхности. Я поймала их в последнюю секунду. Свекровь сидела в кресле у окна. Она методично размешивала сахар в чашке...