— Ксюш, я в Казани, всё хорошо, совещание затянулось, перезвоню позже, — голос Леонида в трубке был бодрый, чуть сонный, как у человека, который только что проснулся в гостиничном номере. * * * Я стояла в зале вылета аэропорта Домодедово, в шести метрах от стойки регистрации на рейс до Сочи, и смотрела, как мой муж, находящийся, по его словам, в Казани, одной рукой держит чемодан, а другой обнимает женщину в бежевом плаще. — Хорошо, Лёнь, — сказала я. — Отдыхай. Он нажал отбой. Женщина что-то сказала ему на ухо, он засмеялся...
Как вы решаете конфликты?
Муж двадцать восемь лет называл меня «просто домохозяйкой». На разводе его собственный бухгалтер положила на стол подписанные мной отчёты
— Люда, ну что ты вмешиваешься в вещи, в которых не разбираешься? Ты же просто домохозяйка, — сказал Борис Николаевич и перелистнул страницу газеты, даже не подняв глаз. * * * Этой фразе в нашем доме было двадцать восемь лет. Она звучала на кухне, в машине, на семейных праздниках, на дачных посиделках. «Люда у нас просто домохозяйка». «Не спрашивай Люду, она в этом не смыслит». «Люда занимается семьёй». Так повторялось столько раз, что я и сама перестала слышать. Мне шестьдесят один год. Меня зовут Людмила Александровна Коваль...
Любовница мужа позвонила мне в субботу утром и попросила встретиться. Через час мы пили кофе, а через неделю у меня было всё для суда
— Ирина, здравствуйте. Вы меня не знаете. Меня зовут Кристина. Я должна рассказать вам одну вещь про вашего мужа, и мне очень страшно, потому что я только вчера узнала, что он женат. * * * Телефон зазвонил в девять утра, в субботу. Я стояла на кухне в халате, жарила оладьи для детей и слушала новости по радио. Номер был незнакомый. Я чуть не сбросила, но что-то остановило. Мне сорок один год. Меня зовут Ирина Олеговна Громова. Мы живём в Самаре с мужем Максимом и двумя детьми, Серёжей и Дашей. Я работаю дизайнером интерьеров, у меня небольшая студия, мы с мужем двенадцать лет вместе...
После похорон мужа свекровь сказала, что страховки по ипотеке не было. Через полгода мне позвонили из страховой и спросили
— Оксана Викторовна? Вас беспокоит служба сопровождения клиентов. По нашим данным, в связи с событием, произошедшим с Дмитрием Андреевичем Назаровым, заявление о страховой выплате не поступало. Хотим уточнить, планируете ли вы обращаться? * * * Я стояла в очереди в «Пятёрочке» с пакетом гречки и пачкой масла. Телефон зазвонил, я ответила автоматически. И не поняла ни слова. — Какой выплате? — спросила я. — По договору ипотечного страхования жизни и здоровья заёмщика. Срок обращения ограничен, поэтому мы звоним всем выгодоприобретателям...
Свекровь принесла в суд расписку на три миллиона, будто сын занял у неё деньги на нашу семью. Судья спросила только одно: откуда?
— Мама, мы же договорились, расписку напишешь задним числом, — голос моего мужа звучал из динамика телефона глухо, как из колодца. — Двадцатым марта девятнадцатого года. А что до суда, там никто проверять не будет. * * * Я сидела на кухне с наушниками в ушах и слушала запись, которую только что скачала с карты памяти. Руки были ледяные. Мне тридцать пять лет, меня зовут Диана, я живу в Казани, работаю менеджером в логистике. С мужем Станиславом мы были вместе девять лет. И сейчас, в ноябре, когда...

