1000 и 1 кошка

Ну вот, у меня расфасован молнупиравир на три ближайших дня. А вы что подумали? Моня очень слабенькая, но не отчаивается. Пару раз сегодня она меня здорово напугала - прямо посреди кормления устроила припадок с судорогами. Так что мать, как говорится, заодно и покакала... Днём Настя привезла бутылочку для щенков, и дело пошло на лад. Из неё кормить намного удобнее - у неё мягкий носик, не травмирующий десна. Лекарства на сегодня Моне все дали, теперь она пытается заснуть, но не даёт Муся, которая топчется возле клетки и надсадно вздыхает: - Монь, а Монь... Слышь, я тут пытаюсь мать обмуркивать, уют создавать... Монечка приоткрывает зелёный глаз. - Ну, это... Всё равно чёт не то. Чую я. Я всегда чую... Не получается у меня. Что я делаю не так? В зелёном глазу Главкоши прячется смех: - Ты попробуй, когда на колени влазишь, говорить "курлы", а не "е...б...в ж...на х..."

Мы дома. Моня, конечно, ахтунг... краше в гроб кладут. Очень слабая, с сильной анемией - это сейчас её главная проблема. Завтра повезу её на контроль, если что - придётся искать донора и делать переливание. Зойца отпустили домой насовсем. У неё уремическое угасание, медицина может только немного продлить ей жизнь, но совсем немного. Это было предсказуемо, но всё равно тяжело, у меня такое чувство, будто у меня на плечах огромный асфальтовый каток, который елозит туда-сюда. В любом случае, пока она жива и даже достаточно бодра, чтобы обругать Императрицу. Анфиса, как всегда, сунула нос в переноску и начала громко возмущаться, что зачем её назад привезли, ей давно пора сдохнуть и вообще... Зоя не дослушала, просто эффектно щёлкнула зубами у офигевшей императорской морды и сказала: - Цыц, чмо порфироносное! И пошла на свою любимую лежаночку. Анфиса до сих пор молчит.

Нет, корова явно злоупотребляла, и печень у неё оказалась соответствующая, но всё же стоило отнестись к ней с уважением. Только я начала резать печень, как по кухне прокатились знойные бразильские ритмы - четверо оставшихся бегемотов выстроились кружком и начали танцевать ламбаду: - Дай-дай-дай-дай-дай!.. Ну нате... Порезала, положила в миску, дала. Они понюхали, переглянулись и снова выстроились в кружок. - Дай-дай-дай-дай-дай!.. - Чего дай-то? Вон, дала вам, жрите! - Дай-дай-дай-дай-дай!.. И наворачивают вокруг меня, задорно тряся ляжками. Хвосты трубой, усы торчком, в глазах энергия! Пляшут и поют, никакого внимания на миску не обращают. И тут до меня доходит, что это танцы ради танцев, и несчастная печень им нафиг не нужна. Стало обидно за корову. - Пошли вон отсюдова, сволочи неблагодарные! Что вы думаете? Они так же, змейкой, уползли танцевать в коридор и сейчас спивают уже оттуда: - Дай-дай-дай-дай-дай!.. А вот фигушки, печень я помыла и зажарила - сама сожру. Ибо нефиг. P.S. Монюня стабильна, есть проблемки по гематокриту, но с анемией мы умеем бороться. Завтра планирую её забрать домой и свозить Зойца на анализы. Надеюсь, всё получится, и дома она быстро разгонит эту бразильскую самодеятельность.

Пишу коротенько, ибо устала я сегодня и хочу поскорее лечь спать))) Я только что приехала от Монюни, отвезла ей запас лекарства и передала приветы от бегемотов и Сучности. Когда я зашла, она спала, повернувшись спиной, бритой в шахматном порядке. Я её с перепугу не узнала и стала звать: - Монечка, Монюня! Услышав мой голос, она подорвалась - вот реально подорвалась и кинулась ко мне. Гладилась, курлыкала, пыталась лизнуть в лицо))) Котинька ожила. Температура, давление, аппетит в норме, она прибавила 100 грамм в весе и начала потихоньку гонять персонал. Это очень видно: по сравнению со вчерашним днём - небо и земля. Вчера это была грустная тряпочка, а сегодня - зав. стационаром. Ваш поезд надежды доехал до Монечки. Кто бы знал, как я вам всем благодарна! И хотя битва только началась, но у меня отлегло от сердца - когда я вышла из клиники, я поняла, как сильно я боялась. А теперь у меня радость😻🌟💪 Монюня - молодец и Венец Творенья

Привет вам всем от Монюни😍 У меня осталось очень сложное ощущение от посещения инфекциониста, и это я ещё мягко выражаюсь. Мне пришлось буквально продавливать лечение GS или его аналогами и слушать в ответ примерно вот что: - Нуууу это дорого... гарантий нет... состояние её плохое... - А если состояние плохое, что мешает нам попробовать? Если есть хоть один шанс, почему его не использовать? В ответ - синий экран. Такое ощущение, что всерьёз лечить её никто не собирался, но тут появилась очень неприятная и настырная женщина. Время дорого. В результате моей настойчивости в клинике нашелся ипекон, который я оплатила по двойной цене, но пофиг, лишь бы начали лечение сразу. Так что теперь всё зависит от Монькиного организма. Я очень рассчитываю на её живучесть и упрямство. Я сто раз ей сказала, что она не имеет права нас оставить, ибо мы без её мудрого руководства закончим свои дни в канаве. Но мне очень страшно. Я даже не знаю, чего я боюсь больше: того, что Монюня может умереть, или того, что она может умереть там одна. Как Индира и Никуся-старшая. Мне срочно нужен огромный вагон надежды.

Фото 1. Монюня в стационаре. Ей стало хуже, и это видно - она слабая, с потухшим взглядом. Но мамок узнала, обрадовалась и покурлыкала. В целом она терпеливо переносит клинику, понимает, что происходит, и не паникует. Когда мимо проходит кто-то из ординаторов, она по привычке зажигает в глазах призывные огоньки - очаровывает. На соседа слева - огромного серого кота это действует безотказно: он ломится к ней и что-то вопит про звёзды с неба. Монюня посмеивается бледными губами, и настроение у неё немного ползёт вверх. Ей начали лечение от ФИП, завтра днём я поеду к инфекционисту обсудить препараты и конкретную схему, ибо хужеет ей быстрее, чем лекарство начинает действовать Фото 2. Свято место пусто не бывает - Муся тут же влезла мне на колени вместо Монюни, хотя раньше никогда этого не делала. Переживает, с тревогой заглядывает в глаза, пытается курлыкать - получаются матюги, но я ей всё равно благодарна. Вот такие дела. Спасибо огромнейшее всем, кто нам помог - без вас мне было бы очень трудно справиться.

Моня в больнице. Зоец жива только благодаря Настиной самоотверженной заботе. У меня самой в жизни такая жопа, что и не вышепчешь. Это точно год Лошади? Что происходит, блять... Upd. Монюня в стационаре, состояние средне-тяжелое. Пришла цитология, по которой ни хрена не понятно, но главное подозрение сейчас сместилось с онкологии на ФИП. Ночью её дополнительно посмотрит онколог, а сам анализ на ФИП будет через несколько дней. Но как проверку гипотезы ей дадут лекарство от ФИП и посмотрят, как она отреагирует. Положительная реакция будет косвенным подтверждением. У Зойца оглушительный вираж ХПН, с упорными попытками завернуть ласты. Вообще это её второй заход на траекторию, так что теоретически должна оклематься и ещё годик-полтора протянуть. А практически... Почки уже совсем не работают, моча прозрачная, с кормлением - огромные проблемы. Она жива только благодаря упорству Насти и её таланту вытягивать всякую сдыхоть из умиральной ямы. Вообще с начала года у котинек флэшмоб: кто первый сдохнет. Правда, Таечка, похоже, снялась с соревнований, а Анфиса забыла, что в них участвует. Долгое время лидировала Зоя, но теперь вперёд вырвалась Монюня, и они идут ноздря в ноздрю. Это дурной смех, я знаю. Вернее, это давно не смех, а тихая истерика. Если я сама доживу хотя бы до своего дня рождения, это будет серьезное достижение. Всё, что происходит со мной с нового года, направлено на разрушение. Я опиздюливаюсь от жизни без малейшей передышки, и уже потеряла надежду уползти по холодку. Я пишу это не чтобы поныть, но мне кажется, моё состояние чувствуется через текст, и я хотя бы объясню, что не превратилась резко в унылое говно, а просто устала, выдохлась и немного отчаялась. С другой стороны все пока живы. И пока живы, будет происходить что-то интересное - со стороны такие приключения обычно выглядят интереснее, чем изнутри😁 Прорвёмся как-нибудь. На фото - случайно встреченный мной портрет Дурбели😂😂😂

- Вахтанг! Где ты? Вахтанг, собака... - Он не собака, Пиписинька. Он Шмэл. - Знаю. Всё равно собака сутулая. Куда он подевался? Я что сама должна придумывать, как назвать этот чёртов день? Императрица прошла туда-сюда, помолотила хвостом, немного повыла свою коронную арию "Ма-а-а-ало на-а-ам бло-о-ох!", но ничего не происходило. Вокруг дома не было никого: ни ведьм, ни дыма, ни чёрных котов. Да хоть бы самого завалящего мертвеца... В озере тоже стояла тишина, оно ещё и не растаяло после зимы - какие там русалки, даже утки ещё не прилетели. Только соседка Валентина Борисовна перекапывала грядки, да пьяные мужики через два дома громко слушали радио. Тоска. Анфиса села на жопу и задумалась о том, как опасно принимать на веру всё, что сочиняет её придурковатая мать. Легко ей - сиди да придумывай, а другим потом в этом жить и расхлёбывать. А какая хорошая сказка вышла, прям по душе Анфисику. Она ведь и вправду Императрица... Ведьма... Хошь ветер вызовет, а хошь - дождь. Красиво было, жаль, что враньё. Анфиса чертыхнулась и поклялась больше никогда не читать мамкины россказни. И тут к ней подошла белка и застенчиво попросила автограф...

Иногда мне кажется, что я живу в общественной бане. Прихожу домой и говорю: - Здравствуйте, жопоньки! А жопоньки вокруг меня крутятся и радуются. Толстенькие, гладенькие, полные самого разнообразного говнеца. Вот, например, Таечка - едва миновала угроза возврата к бабушке, котинька поверила в себя и расправила плечики. Ну реально, нельзя отдавать маме хронически больную кошку. - Буду жить здесь, - доверительно сообщила она Монюне, - и по возможности одна. - Это как? - искренне удивилась Главкошь. - А мы куда денемся? - Сдохнете рано или поздно. Какие-то вы хворые. И пошла, артистично прихрамывая на больную ногу. Моня осталась стоять с открытым ртом и застывшим в глазах вечным вопросом отечественной интеллигенции "чобля?" Впрочем, для Муси Тая готова сделать исключение, с Мусей они дружат жопами. Ложатся вечером на мать, слившись задними бамперами, контролируют ситуацию во все стороны. И нидайбох какой-нибудь Никусе попытаться отжать себе местечко - уроют на месте. Никусю Тая вообще не любит: шумная, придурковатая и офигевшая. Но бегает быстро, поэтому не любить получается в основном дистанционно. А вот Фуся тормоз, так что получает по первое число каждый раз, когда проходит мимо. - Да отвали ты от неё, она и без тебя дурочка. - Я п-п-попрошу... - А что ты мне сделаешь? Моня вздыхает и хмурит брови: Таечка весит пять килограмм. - Что сделаю? Что сделаю... Позвоню бабушке и расскажу, как прекрасно ты себя чувствуешь.

Это был очень неудачный день для таракана Стасика. Во-первых, с утра от него ушла жена - тараканица Зинаида сказала, что больше не потерпит бытового паразитизма. Во-вторых, его лучший друг тостер Сергеич окончательно выгорел. Мрачно щёлкнул на прощание, плюнул горелой коркой и замолчал навеки. Даже душу излить стало некому. А в-третьих он фатальным образом недооценил котинек с ограниченными возможностями. Ну чего там можно было ждать от этой колченогой? Ну вышел он на стену, распространяя флюиды отчаяния и мужского одиночества, ну высказал какой-то облезлой кошке с перевязанной лапой, что бабы обнаглели... Что рождаемость падает... Что Зинаида - поганая тарелочница... И что после такого предательства он, Стасик, вообще жениться перестанет! Кошка внимательно его выслушала, а потом сказала: - Хам! И добавила: -...ням-ням... Сложно сказать, переварила ли она все тезисы Стасика, но хитиновую оболочку выплюнула. Всё-таки день для него вышел очень неудачный.

Вчера мы с Монюней чуть не попали в аварию. Буквально один сантиметр остался между нами и мудаком, решившим повернуть из двора налево через две полосы. Я видела его выпученные глазки на расстоянии капота. А когда он понял, что нам все-таки удалось оттормозиться, он рванул по газам и поскорее удрал с места происшествия. Но пост будет не об этом. Пост будет о том, что, оттормозившись в пол, я почувствовала дурноту — меня трясло от испуга и злости. Как нормальный ребенок, воспитанный советской мамой (да еще и с тяжелым НРЛ), я приучена подавлять агрессию. Меня планомерно и качественно забивали, чтобы я была тихой и удобной. И вот идет моя привычная реакция: каждый может ошибиться, ты и сама водишь так себе, да и вообще с тобой всегда случается какая-то херня... Но тут я взрываюсь матом! Сидя в своей машине я начинаю материть этого урода последними словами, желать ему прямо сегодня разбить свою дебильную машину вместе с его дебильной головой! Матерюсь злобно, грязно: пожелание того, чтоб у него больше никогда хуй не встал — самое безобидное😂😂😂 В процессе я чувствую внутренний ужас — ведь нельзя быть такой злобной и мерзкой, нельзя желать человеку смерти и всего того, чего я ему нажелала. Но продолжаю даже с некоторым усилием. А потом вдруг замечаю на улице девочку в потрясающей желтой куртке. И стаю птиц над школой. Бабку с кошелкой, прям как у меня на балконе. В общем, когда я приехала домой, я обнаружила, что начисто забыла о происшествии. Оно выветрилось вместе с матюгами и не оставило следа. Вообще никакого: ни страха, ни злости, ни обиды — ничего. Если не считать покашливания и хриплого голоса с заднего сидения: - Мам, есть закурить? - Ой, Монечка, рыбка моя... Было действительно опасно, детка, но все обошлось. Ты испугалась этого мудака? - Да не его, мам. Тебя...

- Мама, мама, они меня обижают! - Бегу, моя сладенькая! Бегу, моя яхонтовая! Что случилось? - Они говорят, что я приемная-а-а-а.... А-а-а-а-а... - Девочки, как вы можете? Бегемоты пожимают плечами - в глазах ноль раскаяния и полная уверенность в своей правоте. В глазах Никуси-младшей - горе и потрясение: как это - я ей не мама? Как это - её родила какая-то кошка? - И не просто кошка, а шалава подзаборная. - Я п-п-попрошу! Моня досадливо отмахивается: - Не путай домашнее насилие с развратом. Да, Ника, ты приёмная, мы все видели, как мама тебя притащила со Злобинского рынка. Ты противно пищала и с урчанием жрала куриное филе. Спроси у бабФисы. - Так и ты приёмная! - Не, я родная. - Да какая ты родная? Посмотри на себя: твоя морда - как обложка израильского паспорта, а мама у нас своя, простецкая. Приёмная ты. Монюня отрицательно качает головой. - Ты видела, чтобы меня удочерили? - Н-нет... - Может, Муся видела? Или Фуся? А может, Тая? Нет? Никто не видел? А раз никто не видел, значит я родная. А вы все - приёмные.