Жизнь без иллюзий

Осень в том году выдалась дождливой, серой, какой-то особенно липкой. Казалось, небо решило, что городу необходима хорошая стирка, и теперь отжимало свои тяжелые, свинцовые простыни днями напролет. Андрей стоял на кухне, уставившись в окно. Струи воды рисовали кривые карты на стекле, искажая очертания соседних многоэтажек. Он держал в руке чашку с остывшим кофе. Ему не хотелось идти в гостиную, где включенный телевизор бубнил что-то о курсах валют или политических скандалах. Ему не хотелось видеть Елену...

Меня зовут Татьяна, мне тридцать девять лет. Замужем двенадцать лет, двое детей — сын девять лет, дочь пять. Работаю удалённо менеджером по продажам. Муж Андрей — инженер на заводе, работает с восьми до шести. Раньше мы не ругались. Жили обычно — работа, дети, быт, выходные. Андрей приходил с работы, ужинал, смотрел телевизор или сидел в телефоне. Я крутилась как белка в колесе — готовка, уборка, дети, проверка уроков. Но я не жаловалась, думала — так у всех. Пока две недели назад не случился тот разговор, после которого всё изменилось...

Они прилетели в Красную Поляну двадцать седьмого декабря — Виктор, Лариса и их восьмилетняя дочь Соня. Виктор настоял на этой поездке ещё в октябре, говорил, что семье нужен совместный отдых, что они слишком погрязли в рутине...

У Иры было двое детей с такой разницей в возрасте, что иногда казалось, будто они из разных эпох. Сын Лёша учился на третьем курсе и всё время говорил про «дедлайны» и «скиллы», а дочке Кате было семь, и она только недавно перестала путать вторник с четвергом. В конце декабря они, как всегда, нарядили ёлку в зале. Ирина заботливо развешивала старые стеклянные игрушки, доставшиеся ещё от её родителей, Лёша лениво разматывал гирлянду, которая запутывалась в комки, а Катя бегала вокруг и спрашивала по десять раз, когда уже придёт Дед Мороз...

У Маши и Никиты разница в возрасте пятнадцать лет. Ей было шесть, когда ему уже стукнул двадцать один. Она ходила в подготовительную группу детского сада и учила стихи к утреннику, а он сессии сдавал и подрабатывал курьером, чтобы не сидеть постоянно на родительской шее. В конце декабря дома поставили ёлку — высокую, колючую, которая едва помещалась в комнате. Папа ворчал, что иголки потом всю весну из ковра доставать, мама улыбалась и говорила, что Новый год без настоящей ёлки — не Новый год. Маша...