Жизнь без иллюзий

Осень в том году выдалась дождливой, серой, какой-то особенно липкой. Казалось, небо решило, что городу необходима хорошая стирка, и теперь отжимало свои тяжелые, свинцовые простыни днями напролет. Андрей стоял на кухне, уставившись в окно. Струи воды рисовали кривые карты на стекле, искажая очертания соседних многоэтажек. Он держал в руке чашку с остывшим кофе. Ему не хотелось идти в гостиную, где включенный телевизор бубнил что-то о курсах валют или политических скандалах. Ему не хотелось видеть Елену...

Меня зовут Татьяна, мне тридцать девять лет. Замужем двенадцать лет, двое детей — сын девять лет, дочь пять. Работаю удалённо менеджером по продажам. Муж Андрей — инженер на заводе, работает с восьми до шести. Раньше мы не ругались. Жили обычно — работа, дети, быт, выходные. Андрей приходил с работы, ужинал, смотрел телевизор или сидел в телефоне. Я крутилась как белка в колесе — готовка, уборка, дети, проверка уроков. Но я не жаловалась, думала — так у всех. Пока две недели назад не случился тот разговор, после которого всё изменилось...

Они прилетели в Красную Поляну двадцать седьмого декабря — Виктор, Лариса и их восьмилетняя дочь Соня. Виктор настоял на этой поездке ещё в октябре, говорил, что семье нужен совместный отдых, что они слишком погрязли в рутине...

У Иры было двое детей с такой разницей в возрасте, что иногда казалось, будто они из разных эпох. Сын Лёша учился на третьем курсе и всё время говорил про «дедлайны» и «скиллы», а дочке Кате было семь, и она только недавно перестала путать вторник с четвергом. В конце декабря они, как всегда, нарядили ёлку в зале. Ирина заботливо развешивала старые стеклянные игрушки, доставшиеся ещё от её родителей, Лёша лениво разматывал гирлянду, которая запутывалась в комки, а Катя бегала вокруг и спрашивала по десять раз, когда уже придёт Дед Мороз...

У Маши и Никиты разница в возрасте пятнадцать лет. Ей было шесть, когда ему уже стукнул двадцать один. Она ходила в подготовительную группу детского сада и учила стихи к утреннику, а он сессии сдавал и подрабатывал курьером, чтобы не сидеть постоянно на родительской шее. В конце декабря дома поставили ёлку — высокую, колючую, которая едва помещалась в комнате. Папа ворчал, что иголки потом всю весну из ковра доставать, мама улыбалась и говорила, что Новый год без настоящей ёлки — не Новый год. Маша...

Мне тридцать девять лет. Работаю старшим смены на хлебозаводе в Саратове. График сутки через двое. Зарплата сто двадцать тысяч чистыми. Женат на Ольге семь лет. Ей тридцать четыре. Работает менеджером в строительной компании, зарабатывает шестьдесят тысяч. Детей нет — откладываем, всё никак не решимся. Тридцать первое декабря. Я на ночной смене. Должен быть на заводе с восьми вечера до восьми утра. Встречать Новый год на работе — привычное дело. Уже пятый год подряд так. Ольга расстроилась, когда узнала график: — Опять одна буду встречать праздник? — Оль, ну что поделать...

Артём приехал в деревню к дедушке Петру на зимние каникулы. Автобус высадил его у остановки, и мальчик пошёл по знакомой дороге к дому — мимо покосившихся заборов, мимо старой церкви на холме. Церковь давно не работала. Купол её потемнел, краска облупилась, окна были заколочены досками. Но Артёму она всегда казалась красивой — особенно зимой, когда снег укрывал её крышу белой шапкой. Дедушка встретил внука на крыльце, обнял и повёл в тёплый дом, где в печке потрескивали дрова. — Как я рад, что ты приехал, — говорил он, разливая чай по кружкам...

Мне сорок четыре года. После развода я два года не встречалась ни с кем — просто не было сил. Работа, сын-подросток, ипотека. Подруги давили: "Лен, ты что, до пенсии одна будешь сидеть?" Я отмахивалась. Но в глубине души понимала — хочется, чтобы рядом кто-то был. Зарегистрировалась на сайте знакомств. Без особых ожиданий. Просто посмотреть, что там вообще происходит в этом мире после сорока. Написал Игорь. Пятьдесят два года, инженер-конструктор, не женат, детей нет. В профиле фото нормальное — не в зеркале лифта, не с рыбой в руках...

Меня зовут Олеся, мне сорок три года. Я не ищу принца на белом коне и не жду, что кто-то решит мои проблемы. У меня своя квартира, хорошая работа в IT-компании, взрослая дочь учится в другом городе. Живу одна, и мне это не в тягость. Но иногда хочется компании. Не для галочки, не потому что «надо», а просто — чтобы было с кем обсудить фильм, съездить на выходные за город, посмеяться за ужином. Зарегистрировалась на сайте знакомств. Написала честно: сорок три года, программист, разведена, люблю путешествия и терпеть не могу вранья...

Ваня приехал к дедушке в деревню за неделю до Рождества. Папа привёз его на машине ранним утром, когда снег ещё лежал нетронутый, пушистый, и скрипел под ногами так звонко, что казалось — вся деревня слышит. Дедушка Иван встретил внука на крыльце дома, обнял крепко, потрепал по макушке и повёл в тёплую избу, где пахло дровами, хлебом и чем-то сладким. — Заходи, заходи, не мёрзни, — говорил дедушка, снимая с Вани шапку и шарф. — А то на улице холодина, а у нас тут тепло, печка натоплена. Ваня разулся, прошёл в большую комнату с резными окнами и старинным буфетом...

Анна нашла компромат двадцать пятого декабря. Случайно. Она задержалась в офисе допоздна, доделывала презентацию для Григория Сергеевича — её начальника, который в очередной раз свалил на неё свою работу в пятницу вечером со словами: "Анечка, вы же у нас самая ответственная...

Максим приехал к бабушке за пять дней до Нового года. Мама привезла его рано утром, поцеловала в макушку и сказала: — Будь хорошим помощником, Максимка. Бабушке сейчас нелегко одной управляться с праздничными хлопотами. Бабушка Вера встретила внука на пороге, обняла крепко и повела на кухню пить чай с баранками. — Как я рада, что ты приехал, — говорила она, наливая горячий чай в чашку с розочками. — А то одной скучно готовиться к празднику, да и силы уже не те, что раньше. Максим кивал, уплетая баранки с маслом и вареньем...