Женёк | Писака

— Ты это серьёзно? — голос Антона дрогнул, а вилка замерла над тарелкой с нетронутым ужином. — Серьёзно, Лиз? Мы даже не обсуждали это! Лиза отставила чашку с чаем, стараясь не расплескать жидкость на новую скатерть. В гостиной горел мягкий приглушенный свет, который она так тщательно настраивала, подбирая диммер к новым светильникам. Ещё утром эта комната казалась ей островком спокойствия и уюта, а теперь воздух сгустился до звона в ушах. — А что тут обсуждать? — она пожала плечами, стараясь, чтобы тон оставался ровным, дружелюбным...

— Ты ей хоть слово скажи! — голос Веры сорвался на визг, эхом разносясь по отремонтированной кухне. — Она меня тут с грязью смешала, а ты стоишь, как пень, и молчишь! — Мам, ну никто тебя не смешивал, — Игорь, муж Лены, вжал голову в плечи, бессмысленно перекладывая с места на место солонку. — Лена просто сказала... — «Просто сказала»! — передразнила Вера Борисовна, величественно запахивая поплотнее махровый халат, словно королевскую мантию. — Она сказала, что я лезу не в свое дело! При живом-то...

– Мам, ну ты чего, правда, что ли? Это же просто обои! – голос Кирилла дрожал от напряжения, он пытался перекричать возмущённый рокот, доносящийся из трубки. – «Просто обои»?! – взвизгнула динамиком Алла Борисовна. – Ты видел, что она выбрала? Это же натуральный шёлк, Кирилл! Шёлк! Я в передаче «Идеальный ремонт» такой видела, там за рулон по двести евро отдавали! Анна стояла на стремянке в гостиной их новой, пахнущей свежей штукатуркой квартиры и с остервенением отдирала малярный скотч с окрашенного плинтуса...

— Ты зачем этот баул притащила? — голос Антонины Степановны, прозвучавший с порога, резанул тишину воскресного утра, словно нож по стеклу. Вероника, стоявшая на стремянке с банкой краски в одной руке и кисточкой в другой, замерла. Она красила стену в коридоре в новый, сложный оттенок — «пыльная роза», который выбирала три недели, обклеив полквартиры выкрасами. Второй день она проводила в этом респираторе, с ноющей спиной и счастливой улыбкой под маской. Это был её первый полноценный ремонт в своей, лично ею заработанной квартире...

— Аллочка, ну ты посмотри на эти прожилки! Это же не мрамор, а подделка какая-то. И цвет какой-то… маргариновый. Ты за такие деньги могла бы и получше выбрать, — Вера Степановна провела пальцем с идеальным маникюром по столешнице нового кухонного острова, и её голос, звенящий под сводами только что отремонтированной квартиры, резал слух острее ножа для керамики. Алла замерла с открытой коробкой дорогого чайного сервиза в руках. Она так ждала этого момента. Два месяца строительной пыли, бесконечных поездок в строительные гипермаркеты и споров с прорабами...