Женёк | Писака

— Продавай её к чёрту, Дарья, ну сколько можно тянуть резину? — Артём бросил ключи на стол так, что они звякнули о чашку с недопитым кофе, и посмотрел на жену взглядом, в котором читалось раздражение человека, которому мешают заниматься своими делами. — Тридцать два метра в хрущёвке на окраине — это не наследство, это головная боль. Ты думаешь, мы миллионеры? Нам кредит за машину закрывать надо, а ты тут сидишь, рассматриваешь какие-то бумажки, как будто это сокровища капитана Флинта. — Это не просто...

— Триста тысяч? Ты серьёзно сейчас, Жанна? Или это такой неудачный первоапрельский сюрприз, хотя на дворе октябрь? — Ирина отодвинула чашку с остывшим кофе и посмотрела на золовку так, словно та предложила ей купить старый автомобиль без колёс. — Ириш, ну ты чего сразу в штыки? — Жанна нервно поправила локон, выбившийся из идеальной укладки, и придвинула ноутбук ближе через стол. — Я всё просчитала. Это не просто деньги, это инвестиция в будущее. Онлайн-школа, понимаешь? Сейчас все учатся, все хотят развиваться...

— Где еда? — голос Андрея прозвучал как приговор, хотя на часах было всего шесть утра. Полина натянула халат, чувствуя, как холодный воздух обжигает ноги, и вышла на кухню. Муж стоял у плиты, словно памятник собственному недовольству, и барабанил пальцами по пустой конфорке. — Ты же вчера сказал, что поешь на работе, — Полина потерла слипшиеся глаза, стараясь говорить ровно. — Я не готовила. — Я передумал, — Андрей резко обернулся, его лицо было серым от усталости ночной смены. — Там дорого в столовой...

— Ещё раз скажи, что твоя сестра будет жить здесь, и я тебе сразу дверь покажу, — отрезала Дарья, не повышая голоса, но так, что даже чайник на кухне будто перестал шуметь. — Не начинай, — поморщился Артём, бросая ключи на тумбочку. — Вика не на курорт к нам едет. У человека проблема с жильём. — У человека, — сухо повторила Дарья, скрестив руки на груди, — есть мама, папа, руки, ноги и привычка считать чужие квадратные метры семейной традицией. — Ты сейчас специально язвишь, — сказал Артём с раздражением, стягивая куртку...

— Ты вообще в своём уме, Алиса? — резко спросила Ксения, даже не пытаясь сделать голос мягче, и поставила чайник на плиту так, что крышка звякнула. — Или у вас в семье теперь принято приходить без звонка и сразу считать чужие метры? За окном висел типичный подмосковный четверг: не дождь, а какая-то мелкая мокрая назойливость, которая цепляется за куртку, за волосы и за настроение. На подоконнике остывал горшок с базиликом, на батарее сохли кухонные полотенца, а в прихожей стояла Алиса — золовка,...

— Ты в своём уме вообще, Илья, или тебе мама сейчас по громкой связи подсказывает? — резко бросила Кира, даже не оборачиваясь от мойки, и с такой силой швырнула полотенце на столешницу, что ложка подпрыгнула. — Не надо вот этого тона, — поморщился Илья, снимая пиджак и аккуратно вешая его на спинку стула, будто аккуратность могла спасти разговор. — Я нормально попросил. По-человечески. У мамы тяжёлая ситуация. — По-человечески — это когда меня заранее спрашивают, а не сообщают, что моя квартира...

— Ты в своём уме вообще, Лилия Владимировна, или у вас это семейное — чужие деньги считать быстрее, чем свои квитанции? — резко спросила Ольга, вылетая в прихожую на звук ключа в замке. — Ой, началось, — с кислой улыбкой ответила Лилия Владимировна, уже снимая сапоги так уверенно, будто это не съёмная двушка у метро, а её родовое гнездо. — Я, между прочим, к сыну приехала, а не к тебе на собеседование. — Мама, ну ты бы хоть позвонила, — пробормотал Егор, натягивая футболку и делая вид, что всё это вполне обычное субботнее утро...

— Ты совсем с ума сошёл, Максим, или решил потренироваться на мне, как на бесплатном юристе? — резко спросила Майя, даже не сняв пальто, и швырнула ключи на тумбочку так, что вздрогнула вазочка с засохшей лавандой. — Не начинай с порога, — глухо ответил Максим из кухни, не поднимая глаз. — Я и так на взводе. — А ты не подкидывай мне сюрпризы уровня “дорогая, я тут между борщом и стиркой подарил квартиру сестре”, — отрезала Майя, заходя на кухню. — Я ещё не подарил, — процедил Максим, сжимая кружку...

— Ты совсем сдурел, Тимур, или у тебя уже окончательно мозги в маминой бухгалтерии растворились? — зло бросил Максим, швыряя ключи на тумбочку так, что те звякнули на всю прихожую. — Мы оба под сорок скоро будем жить по ее указке? Ты это себе как вообще представляешь? Наталья, уже доставшая ключ из замка, застыла по ту сторону двери. Пальцы сами собой сжали в кармане пуховика мятый лотерейный билет. Она еще секунду назад летела домой почти вприпрыжку, как школьница после контрольной, которую внезапно...

— Ты совсем из ума выжил, Валера, или просто решил, что я уже мебель? — резко бросила Лидия Петровна, дергая дверцу шкафа так, что сверху посыпались старые чеки, пакет с пуговицами и одинокая прищепка. — Я тебя спрашиваю: с чего это ты раздаешь ключи от моей квартиры своей дочери, как семечки у подъезда? — Не ори, — поморщился Валерий, не поднимая глаз от телефона. — Во-первых, не твоей, а нашей. Во-вторых, Марина не чужой человек. И вообще, ключи ей понадобились на пару дней, пока ты в своей командировке...

— Ты вообще в своем уме, Максим? — резко спросила Лера, с грохотом ставя противень на плиту. — То есть подарок твоей матери я покупаю, пирог я пеку, салаты режу тоже я, а к ней на праздник мне, значит, нельзя? На кухне пахло печеными яблоками, корицей и жареным луком. На столе лежала длинная коробка в серебристой бумаге, перевязанная лентой цвета старой розы. Лера выбирала этот подарок три вечера подряд, как будто от него зависела не какая-то там женская дружба, а международный мир. В коробке был...

— Я вас сегодня не звала. И открывать не собираюсь, — спокойно сказала Надя, не убирая руку с дверной ручки. Она стояла в проеме так, будто это была не дверь обычной двушки в панельном доме на окраине, а государственная граница. Серая домашняя кофта, собранные кое-как волосы, босые ноги в теплых носках — вид самый обыкновенный. Только взгляд был не домашний. Холодный, ровный и такой ясный, что сразу становилось понятно: спектакля “я же мать твоего мужа” сегодня не будет. — Ты в своем уме, Надежда?...