Необычные похождения обычных людей

Был у нас в семье один десерт, ради которого Леночка готова была съесть и суп, и кашу, и даже ненавистную варёную свёклу. Стоило мне достать пачку какао — дочка уже тащила стул к плите, чтобы смотреть. Начинаю загодя. Двадцать пять граммов желатина заливаю холодной водой и оставляю набухать — он своё время любит, торопить его бесполезно. А пока разбиваю восемь яиц, развожу их по разным мисочкам — желтки отдельно, белки отдельно. К желткам высыпаю двести граммов сахарной пудры и растираю ложкой терпеливо, долго, пока масса не побелеет...

Леночка привезла из поездки маленькую бутылочку кунжутного масла и сказала: «Мам, попробуй с рисом, как в азиатских кафе». Я покрутила пробку, понюхала — ореховый, тёплый дух. И понеслось. Теперь это блюдо у нас появляется чаще борща, и Володя ни капельки не жалуется. Пятьсот граммов очищенных сырых креветок складываю в миску, присыпаю чайной ложкой кукурузного крахмала, четвертью ложечки соли и столько же перца. Перемешиваю руками и оставляю при комнатной температуре на десять минут — пускай пропитаются...

Знаете, иногда самые простые продукты умеют удивить. Вот морковка — ну что морковка? Суп сварить, поджарку сделать. А Раиса Михайловна, мамина подруга, когда-то показала мне фокус, и с тех пор этот салатик у меня в постоянном обороте. Начинаю я всегда с лука, чтобы он успел промариноваться, пока вожусь с остальным. Две луковицы средних — ну, граммов по сто тридцать-сто пятьдесят — мельчу ножом. В кастрюльку лью двести пятьдесят миллилитров воды, туда три ложки столовых сахара, пол-ложки соли, кипячу...

– Оленька, я не упрекаю, боже упаси, просто говядину можно было взять подешевле, мы ведь не баре какие-нибудь. Я стояла у плиты с чеком в руке, от которого еще пахло типографской краской. Валентина Алексеевна сидела за столом, накинув на плечи свою неизменную шерстяную шаль, серую, с бахромой, которую она не снимала ни зимой, ни летом, будто это была не шаль, а доспехи. Сухими тонкими пальцами она постукивала по столешнице, разглядывая чек, который я еще не успела убрать в кошелек. Мы с Романом переехали к свекрови в начале осени, когда листья только начали желтеть...

– Мам, можно я на выходные приеду? Заберу сама. Катя говорила бодро, даже слишком. Так говорят, когда боятся, что голос выдаст. Я переспросила: – Что заберешь? И дочь замялась. – Деньги, – сказала она. – Свою половину. Ну, просто мне так удобнее. Наличкой. Я положила трубку, села на табуретку на кухне, уставилась на холодильник. На магните висело фото: мы с Жанной в обнимку на мамином юбилее. Жанна улыбается, зубы белые, маникюр свежий. Я рядом в старой блузке, щурюсь от солнца. Мама нас снимала и все приговаривала: – Вот, девочки мои, вот бы всегда так...