Родом из СССР

Замок был новый, амбарный, ещё в заводской смазке, и висел он на нашем отсеке так, будто висел там всегда. Тётя Сима потянула его вниз, потом вбок, потом поставила пустое ведро на землю и взялась двумя руками. Борька светил ей фонариком. Луч у него прыгал, потому что фонарик был железный, тяжёлый, отцовский, а пальцы у Борьки мёрзли уже в октябре. – Это чей? – спросила тётя Сима, будто замок мог ей ответить. Отвечать было некому. Во дворе пахло мокрыми листьями и чьими-то щами из открытой форточки,...

– Всё, женщина, ондатры нет. Последнюю перед вами взяли. Продавщица в синем халате опустила стеклянную крышку прилавка, и Римма Егоровна увидела, как тёмная шапка с серебристым отливом уплывает к выходу под мышкой у мужчины в дублёнке. Сорок минут обеденного перерыва она простояла в этой очереди, и сумка с кошельком всё ещё была открыта у неё в руке. – А будет? – спросила она. – Будет, когда выбросят, – продавщица уже поправляла на болванках кроличьи. – Вы следите. Сзади засмеялись. Следить было...

Эту историю мне рассказала Анна Васильевна, мы с ней пели в хоре ветеранов при ДК 'Знамя', она вторым альтом. В четырнадцатом году хормейстер на репетиции стёрла с доски чью-то фамилию и вписала мелом другую, а Анна вздрогнула так, что я заметила. На остановке она и рассказала. Что видела сама, а что потом от Ксении Тимофеевны слышала. *** В понедельник перед праздниками Ксения Тимофеевна Шевчук прошла проходную, свернула к окну, к своим восьми автоматам, и встала. У её станков стояла новая сменная мастерица Фаина Тарасова, в одной руке мокрая тряпка, в другой кусок мела...

– Майя с тобой поедет, – сказала Антонина Васильевна и положила брату второй кусок пирога, не спросив. – Я с ней договорилась. Она за тобой там присмотрит. Майя Тимофеевна, сидевшая по правую руку от хозяйки, улыбнулась Кларе через стол и кивнула, будто это она выхлопотала путёвку, а не профком. Пирог с капустой тоже принесла она, как приносила каждое воскресенье. Клара держала ложку над тарелкой. Фёдор ел. Он не поднял головы ни на 'поедет', ни на 'присмотрит', только подвинул сестре пустую солонку,...

Эту историю мне рассказала Инна Терентьева, мать моей соседки Лиды, в ноябре, когда я поздравила её с эфиром. Что было в ДК без неё, она знает от Валеры Артамонова, басиста. В ту субботу Инна шинковала у Лиды на кухне капусту, а внук Костя, длинный, с наушниками на шее, включил на телефоне городское радио. – Ба, тут про твой ДК. Семидесятилетие. Ведущий, очень довольный собой, рассказывал, что радио оцифровало архивные катушки ДК строителей. Сейчас слушатели услышат голос юной Светланы Симоновой, ныне руководительницы народного хора...