Иван Кожемяко - писатель

И каждый раз, когда возвращается эта дата, у меня возникает странное ощущение — будто время в этот день становится чуть тяжелее. Не громким воспоминанием, а чем-то тихим, что просто остаётся в фоне жизни. Я думаю о людях, которые оказались внутри того момента. У них была обычная жизнь: утро, работа, разговоры на кухне, какие-то простые планы на завтра. Кто-то спешил, кто-то откладывал дела, кто-то просто жил, не предполагая, что привычный порядок вещей может в одно мгновение дать трещину. И, может быть, самое трудное — это даже не сама катастрофа, а то, что за ней остаётся...

Иногда, перед тем как сесть за стол, я выхожу во двор. Просто стою. Смотрю на берёзы в конце участка, слушаю, как ветер шелестит в их листьях. И вдруг появляется ощущение — будто я не первый, кто стоит здесь с мыслями. Кто смотрит на это небо, думает о жизни, боится, надеется, ищет ответы. Я чувствую — они были. Те, кто жил до меня. Кто ходил по этой земле, смотрел на те же звёзды, любил, терял, молился, помнил. Их имена, может, забыты. Их голоса — не записаны. Но их присутствие — в тишине, в старых...

Я не выбираю, о чём писать. Это звучит странно, но это правда. Я пробовал планировать, составлять списки, ставить цели — ничего не работает. Темы приходят сами. Не тогда, когда я готов, а тогда, когда они готовы. Иногда это происходит вечером, когда я уже отошёл от текста, закрыл ноутбук, переключился на что-то другое. Вдруг в голове встаёт фраза. Не красивая, не блестящая — просто точная. Или вспоминается старый разговор, который раньше казался пустым, а теперь вдруг открывается с новой стороны...

Иногда я ловлю себя на мысли об этом почти с раздражением: почему они не исчезли? Почему мифы всё ещё здесь, среди нас, в мире, где вроде бы уже всё объяснено? Казалось бы — объяснено почти всё. Разобрано на части, разложено по формулам, по причинам и следствиям. Но мифы всё равно остаются. И меня в этом больше всего удивляет не их “живучесть”, а то, что они до сих пор не выглядят лишними. Как будто им всё ещё есть место рядом с самым строгим знанием, и это место никто у них не отнял. Иногда даже кажется, что они стали не слабее, а только тише и глубже...

Сегодня я хочу рассказать не просто о книге — а о пути, который к ней привёл. О том, как живой опыт постепенно превращался в письменное слово. Когда я начинал работу над книгой «Прошлое в свете настоящего», у меня не было ни ощущения проекта, ни чёткого плана. Была скорее внутренняя необходимость — разобраться в истории места, где всё это происходило. Не просто собрать факты, а попытаться услышать время. В основе работы — труды нашего краеведа А. И. Поддубного, а также открытые источники. Но довольно быстро это перестало быть просто поиском сведений...