«Границы Семьи».

Он стоял у моей двери с букетом цветов и виноватым лицом. Таким я его не видела уже очень давно. — Катя, можно поговорить? — тихо спросил Дима. Дети были у бабушки. Я впустила его. Мы сели на кухне. Он долго крутил в руках кружку и наконец сказал: — Я понял, что наделал. Оля — это была ошибка. Я скучаю по тебе, по детям, по нашей семье. Давай попробуем снова. Ради детей. Им нужен полный папа и мама вместе. Я молчала. Внутри всё перевернулось. Три года боли, судов, слёз, границ — и вот он сидит здесь и говорит то, что я когда-то так хотела услышать...

Я получила повестку в суд по электронной почте. Руки тряслись так сильно, что я дважды уронила телефон. В иске бывший муж писал: «Мать систематически ограничивает общение детей с отцом, настраивает их против меня и моей новой семьи, создаёт условия родительского отчуждения. Считаю, что детям будет лучше проживать со мной и моей женой О.». Приложены были скриншоты наших переписок, где я писала «не приходи без предупреждения», и показания его матери, что я «запрещаю детям любить папу». Я сидела на кухне и понимала: это может быть реально...

— Мам, я не хочу завтра к папе… — тихо сказал Ваня, когда я укладывала его спать. — Почему, солнышко? — Там неинтересно. Папа всё время с Олей, а она заставляет меня называть её мамой. И ругается, если я не хочу. Я почувствовала привычный уже ком в горле. Соня из своей комнаты добавила: — Я тоже не хочу. Можно я останусь с тобой? На следующий день бывший муж позвонил мне в ярости: — Что ты детям рассказываешь?! Они не хотят ко мне идти! Ты их настроила против меня! Я подам в суд на отчуждение! — Дима, я ничего не рассказываю...

— Мам, это правда, что у тебя теперь есть дядя? — спросила Соня за завтраком. Я чуть не выронила кружку. Ей было 9 лет. — Откуда ты это узнала? — Папа сказал. Он сказал, что ты нас променяла на нового мужика и теперь мы тебе не нужны. Я села напротив. Руки дрожали. — Соня, это не так. У меня появился хороший человек. Но это никак не значит, что я вас меньше люблю. — А папа сказал, что теперь ты будешь с ним жить и родишь ему новых детей, — тихо добавил Ваня. В этот момент я поняла, что бывший муж начал новую войну...

Соня пришла из школы и с порога бросила: — Папа сказал, что у него мы можем есть мороженое когда захотим. А ты всегда всё запрещаешь. У него мы чувствуем себя счастливыми. Я стояла у плиты и почувствовала, как нож в руке стал тяжелее. Мне было 37, а в этот момент я ощущала себя маленькой девочкой, которую предали. — Соня, папа может разрешать всё, потому что он видит вас два раза в месяц. А я с вами каждый день и отвечаю за то, чтобы вы были здоровы. — Всё равно! — огрызнулась она. — У папы лучше...