Семейные Драмы

– Арендаторы твои завтра съезжают, я уже предупредила их, чтобы собирали вещи. Галина Васильевна произнесла это абсолютно будничным тоном. Она стояла в коридоре и аккуратно складывала мокрый черный зонт, стряхивая капли на резиновый коврик. Я замерла на полпути от кухонного гарнитура к обеденному столу. Чашка с горячим утренним кофе так и осталась висеть в воздухе. – В смысле съезжают, Галина Васильевна? Я поставила кружку на столешницу. Мой голос звучал ровно. – У них договор оплачен на полгода вперед...

Проблемы начались не с громких ссор и хлопанья дверями, а с непривычной, почти удушающей заботы. Игорь всегда был человеком, который замечал бытовые мелочи только тогда, когда они начинали мешать лично ему. А тут вдруг стал варить кофе по утрам, интересоваться делами на работе и каждый вечер участливо заглядывать в глаза. Алина сначала списывала это на новый этап в отношениях. Они были женаты пять лет, и кризисы случались, как и у всех. Но последние две недели муж превзошел сам себя. — Ты сегодня какая-то бледная, — сказал Игорь во вторник, усаживая ее на диван и мягко разминая ей плечи...

– В пятницу Газель привезет гарнитур, так что ты мастерскую свою немного освободи, там три кресла и большой диван. Олег произнес это мимоходом, стягивая в прихожей свой рабочий галстук. Он бросил портфель на обувницу, разулся и прошел мимо меня к холодильнику, напевая какой-то привязчивый мотив из радио. Я замерла в дверях кухни, прижимая к груди стопку чистых полотенец. Вода с влажных рук медленно впитывалась в махровую ткань. – Какой гарнитур, Олег? И чью мастерскую освободить? Муж достал бутылку минералки, открутил крышку и сделал долгий глоток...

– Спасибо Артёму, дочка, он последний транш за фундамент закрыл, теперь точно до морозов стены поставим, – Геннадий Валерьевич произнёс это радостно, протирая очки кухонным полотенцем. Я замерла у плиты, не донеся деревянную лопатку до сковороды. В нос ударил резкий запах подгорающего лука, но я даже не шелохнулась. Слова свёкра повисли в душном воздухе нашей крошечной съёмной кухни. – Какой транш, Геннадий Валерьевич? И сколько Артём вам перевёл? – мой голос прозвучал неестественно ровно. Свёкор моргнул, торопливо водрузил очки на нос и отвел взгляд...

– Грузчики уже поднимают коробки Тамары Николаевны, так что ты ту комнату освобождай, – Денис произнес это абсолютно будничным тоном, стягивая в прихожей куртку. Я застыла в коридоре с пультом от телевизора в руке. Палец так и остался лежать на кнопке громкости. Звук вечерних новостей стал фоном, который я перестала воспринимать. – Какие коробки, Денис? – медленно перевела я на него взгляд. Муж даже не обернулся. Он аккуратно повесил куртку на крючок, поправил воротник. Потом разулся, сдвинул свои ботинки ровно по линии плинтуса...