Голос сердца

Сорок дней со дня смерти Руслана. Оля стояла у плиты, помешивая куриный бульон, и слушала, как за стеной Тамара Ивановна командует соседками. — Лук мельче режьте, не для свиней. Стулья расставьте ровнее. И кто поставил этот сервиз? Срочно уберите! У невестки руки не из того места растут. Оля сжала половник так, что побелели костяшки пальцев. Тридцать девять дней она терпела. Тридцать девять дней свекровь хозяйничала в её квартире, переставляла вещи, критиковала каждое её движение. А сегодня — сороковой день...

Ольга стояла у длинного стола в банкетном зале, сжимая в руках салфетку. Пальцы дрожали. Перед ней на белоснежной скатерти выстроились тарелки с горячим — она разносила угощение гостям корпоратива мужа, хотя сама была здесь гостьей. — Милая, добавь мне салата, — пропела свекровь, Елизавета Андреевна, протягивая пустую тарелку с таким видом, будто подавала милостыню нищей. Ольга молча взяла тарелку. В горле стоял ком. Она подошла к столу с закусками, наложила оливье, вернулась, поставила перед свекровью...

Лиза вернулась из школы на час раньше — у второй смены отменили уроки, и она надеялась удивить Стаса ужином. Он в последнее время приходил поздно, говорил, что завал на работе, а она верила. Надо же кому-то верить, если прожили вместе шесть лет. Она уже доставала ключи, когда услышала женский смех. Звонкий, нарочито громкий, будто специально для того, чтобы его услышали. Лиза замерла. Сердце пропустило удар, потом забилось где-то в горле. — Стасик, ну покажи, где у вас тут полотенца, — щебетал голос...

Галя вытирала столики в своём кафе «У Гали», когда дверь распахнулась и на пороге возникла Зоя Антоновна. Свекровь стояла в проёме, как генерал на поле боя, сжимая в руках пакет с продуктами. За её спиной маячила золовка Наталья — бледная, с красными глазами, явно после очередной ссоры с мужем. — Галя, у нас не бесплатная столовая, и я не собираюсь кормить выводок твоей сестры! — заявила Зоя Антоновна, не здороваясь. Галя замерла с тряпкой в руке. В кафе было пусто — час пик прошёл, только за крайним столиком сидел пожилой мужчина с газетой...

Сумка с продуктами тяжело оттягивала руку Елены, но не так сильно, как слова свекрови, впивавшиеся в спину ледяными иглами. Галина Петровна, её свекровь, сидела в их единственной комнате, как королева на троне, и вещала о высоком предназначении своего сына Андрея. Сам «гений» лежал на диване с ноутбуком, изображая напряжённую работу над очередным «прорывным стартапом». — Леночка, ты должна понимать, — голос свекрови был вкрадчивым, как сироп с ядом, — таланту нужно помогать. Андрей не может размениваться на офисную рутину...