Истории оживают

Шум гудков и страха за человеческие жизни всё ещё стоял у меня в ушах. Я ехал по городу, как всегда — между заботами. Электросамокат вёз меня сквозь июль: ветер в лицо, навигатор в ухе, список дел в голове. Сегодня нужно было успеть: сначала в страховую, потом в поликлинику за справкой, потом на другой конец города на собеседование. Город был пыльным, утопающим в зное и бесконечном потоке голосов, лиц. На перекрёстке я остановился на светофоре: красный свет, стояла толпа людей. И прямо напротив меня, через дорогу, притормозили две девушки на самокате...

— Тебе кофе в постель или как обычно? — Как обычно, — пробормотал Артём, не открывая глаз. Лена уже встала, успела заправить кровать со своей стороны и теперь стояла у кофемашины, ловя себя на мысли, что счастье — это утро, когда в доме тихо, пахнет кофе, и ты знаешь, что всё на своих местах. Они были вместе девятнадцать лет. Он — надёжный, заботливый, хорошо зарабатывающий, предсказуемый. Она — добрая, спокойная, хозяйственная. Сын учился в университете в другом городе, иногда приезжал на выходные...

— Тебе ж не двадцать, Лен… — ровным голосом говорила подруга по телефону. — Ты себе хоть представляешь, каково это — начинать отношения с мужчиной, когда тебе за сорок? Лена тихо хмыкнула, обмотала пальцы рукавом вязаного кардигана и ещё крепче прижалась плечом и виском к стеклу. За окном снег лениво ложился на крышу маршрутки, и с этим снегом приходила тишина. Другие пассажиры не шумели, да и весь город будто замирал — в преддверии вечера, в ожидании чего-то простого и важного. — Да я и не начинаю, ты пойми, — наконец ответила Лена...

Через месяц у классного руководителя Елены Сергеевны был юбилей. Школа собиралась устроить ей праздник, а 8-Б класс — особенный сюрприз. Кто-то предложил сделать общий подарок от всего класса. Осталось только решить, какой. — Давайте подарим ей умную колонку! — предложила Даша, классная активистка. — Ага, как будто у неё есть интернет дома, — усмехнулся Игорь. — Может, тогда набор акварели? Она же вечно говорит, что любит рисовать пейзажи, — откликнулась Таня. — А у неё уже есть, — возразила Соня...

Под запах выжженной апельсиновой цедры (этот аромат очень напоминает горькую правду) Анна включила прикроватную настольную лампу, поскольку заснуть ей всё равно не удавалось. Она пролистывала старый блокнот с формулами и эскизами логотипов. Каждая страница – напоминание о том, что всё, что у неё есть, чем она сейчас дорожит, выросло на руинах их любви. (Вы читаете продолжение. Начало здесь.) А главное, она даже не могла вспомнить, кто кого бросил. Просто в какой-то момент стало невыносимо, точнее, постепенно становилось всё невыносимее, и быть дальше вместе было нельзя...