Истории из жизни

«Я люблю другую. Прости». Эти слова прозвучали в тишине кухни, где только что закипал чайник, а за окном начинался редкий майский дождь. Лариса стояла у раковины, и чашка скрипела под губкой в её руках — этот скрип, казалось, заполнил собой всё пространство, повис в воздухе тяжёлым, почти осязаемым напряжением. Несколько секунд она молчала, потом неспешно сполоснула посуду, аккуратно поставила чашку в сушку, вытерла руки о вафельное полотенце. Движения были размеренными, почти медитативными. И только потом, уже без всякого напряжения, она повернулась к нему...

Вспышка белого света перед глазами, резкий звон в ушах, и Алёна отшатнулась назад, ударившись спиной о холодную стену приёмного покоя. Здесь, в холле, было многолюдно. Посетители, ожидающие приёма пациенты, спешащие врачи — все они стали невольными свидетелями этой нелицеприятной сцены. На мгновение девушка потерялась, ощущая лишь внезапную онемелость и жжение на щеке. Боль пришла не сразу — сначала был шок, потом осознание, а потом уже жгучая, пульсирующая боль, которая разлилась по лицу, как чернила по промокательной бумаге...

Лидия Михайловна разглядывала трещину на потолке кухни. Та появилась ещё весной, но руки так и не дошли до ремонта. Трещина напоминала реку, если прищуриться и включить воображение. А может быть, морщину. Она провела пальцем по собственной щеке, поймала себя на этом жесте и убрала руку. Из гостиной доносился мерный храп Виктора Семёновича. Он засыпал теперь в кресле каждый день после обеда — привычка, выработанная за три месяца пенсии. Раньше муж приходил домой к семи вечера, усталый, но живой, полный рассказов о проектах, коллегах и рабочих проблемах...

Грохот раздался внезапно. Лена не сразу поняла, что произошло. Деревянная полка, державшаяся на старых креплениях, сорвалась со стены, уронив на пол ёмкости с мукой и жестяные формы для выпечки. Белая пыль мгновенно забила ноздри и покрыла волосы, превратив их в седые сосульки. Она вздрогнула, машинально шагнув назад, и в ту же секунду локтем задела край печи, только что выключенной после последней партии хлеба. Острая, жгучая боль полоснула по коже, заставив её резко втянуть воздух сквозь сжатые зубы...

Настя очень любила свою работу. Причём, когда многие хотели стать врачами, она хотела стать именно медсестрой — сидеть ночами у постели пациентов, делать уколы и видеть, как человеку становится легче. В этом было что-то настоящее, что-то, что нельзя измерить деньгами или статусом. Когда у больного спадает температура, когда он впервые после операции улыбается, когда благодарит за то, что ты просто была рядом, — ради этого стоило жить. Мама же всё время вздыхала. «Ну как так-то? — говорила она, глядя на дочь с недоумением и любовью...

Александра кропотливо сортировала стопку неряшливо сложенных отчётов, которые только что принёс один из руководителей отдела. Вот уже неделю она, недавно окончившая университет с отличием, работала на своей первой официальной работе. Она пришла сюда, в эту крупную компанию, секретарём, конечно, не без помощи полезного знакомства, о котором в офисе никто не догадывался. Её рабочий стол стоял в большом офисе, всего в паре шагов от кабинета директора компании Игната Марковича Шуруева — человека, как оказалось, не очень приятного...

Утро Риты начиналось с кофе в тишине. Порядок важен: сначала кофе со сливками, которые она сама молола и варила, потом всё остальное — душ, новости, бесконечные «Ты не видела мои ключи?» от мужа, работа. Рита специально просыпалась раньше, чтобы выкроить эти минуты покоя, настроиться на старт, как перед долгим забегом. Она сидела, делая маленькие глотки из ярко-зелёной кружки с нарисованным на боку жёлтым лимоном, которую купила в прошлом году в маленьком магазинчике в Белграде, и смотрела в окно...

Вера решила родить для себя. Она сидела перед монитором, листая анкеты потенциальных кандидатов. Отбирала лучших кандидатов для ребёнка. Вера подошла к этому вопросу со всей ответственностью, как и ко всему в своей жизни. Она была успешной женщиной, владела собственным бизнесом, привыкла добиваться поставленных целей. И сейчас перед ней стояла цель — родить ребёнка. Для себя. Без обязательств, без компромиссов, без мужчины, который будет претендовать на её время, деньги и свободу. Параметры кандидата...

Лена бежала по лесу, не чувствуя, как ледяные ветки хлестали по лицу, оставляя на коже тонкие, кровоточащие царапины. Тяжёлый подол свадебного платья, намокший от грязи и ночной росы, цеплялся за коряги, за каждый торчащий из земли сучок, за колючие кусты, которые вцепились в ткань мёртвой хваткой. Каждый шаг давался с нечеловеческим усилием. Платье тянуло, как будто кто-то невидимый держал, пытаясь вернуть туда, откуда она сбежала. Но Лена бежала. Она не могла остановиться. В ушах всё ещё стоял звук выстрела...

Светлана с самого детства была упрямой и целеустремлённой. Выросла в самой обычной семье, где мать всю жизнь проработала школьным поваром, а отец сантехником в местной коммунальной службе. Но цели в жизни у Светы были наполеоновские. Говорила, что будет богатой. И чем старше Света становилась, тем больше уверенности в поставленных целях у неё появлялось. Правда, и труда она в это вкладывала немало. В школе Светлана была лучшей ученицей и шла на золотую медаль. К экзаменам в университете подготовлена на все сто процентов...

Вера сидела на кухне, сжимая в руках телефон, который не умолкал уже третий день. Сообщения, звонки, голосовые — всё это сливалось в один сплошной гул, от которого болела голова. Брат, мать и невестка атаковали её со всех сторон. Вера просто отказалась платить. Свадьба брата полгода назад была Шикарная. Младший брат, Денис, которого она носила на руках, которому покупала мороженое и защищала от дворовых хулиганов, стоял у алтаря в дорогом костюме и улыбался, будто выиграл в лотерею. Невеста в платье за двести тысяч рублей кружилась под фейерверком, и гости аплодировали...

Вера стояла под душем. Закрыла глаза и чувствовала, как тёплая вода смывает усталость долгой дороги. Самолёт, потом такси, потом чужая квартира, где всё пахло иначе. Чужие запахи, стены, жизнь, в которую её только что впустили. Вера гнала от себя дурные мысли. Всегда давать людям шанс, особенно если это мать её мужа. Но внутри оставалась тревога и страх, что этот визит не закончится ничем хорошим. Они поженились три месяца назад. Тихо, скромно, без пышных банкетов и сотен гостей. Просто расписались в загсе, поставили подписи, обменялись кольцами...