Любовь Искрова "Право светиться"

В день финального экзамена Ирина проснулась задолго до звонка будильника. Было всего четыре утра. Ночь еще лежала над городом, и рассвет пока даже не пытался теснить её с небосклона. Мужа рядом не было — в последнее время он часто ночевал у родителей. Ирина ощутила облегчение: можно было не «держать лицо», а открыто нервничать, бегая по комнате и перечитывая свои конспекты. Схемы вдруг показались напечатанными на чужом языке. — Я же училась! Ну, вроде того... Слушала лекции, заучивала схемы, тренировалась...

Утро встретило Ирину тишиной. Олег ушел раньше, чем она открыла глаза, не оставив после себя даже запаха кофе. Она оделась быстро, словно опасаясь, что стены вот-вот начнут сдвигаться, замуровывая её внутри. Дорога до Диагностического центра стала глотком свежего воздуха. Стоило переступить порог технического блока, как сильный запах озона и монотонный гул приборов вытеснили из головы вчерашний скандал. Настроение стремительно поползло вверх. Но в середине дня наладонник завибрировал. "Мама". — Ира! — голос матери был прерывистым от негодования...

Вечерний полумрак гостиной казался Ирине густым и вязким, словно кисель. Она долго помешивала салат, не в силах проглотить ни кусочка. Сердце колотилось где-то в горле. Она всё ещё надеялась: если объяснить спокойно, если показать, как ей это важно, Олег поймёт. Ведь он сам буквально живет своей работой. Олег сидел напротив, его лицо было подсвечено синеватым сиянием наладонника. Он был здесь, но одновременно — в сотнях световых лет, в графиках экспериментов и отчетах. — Олег, я решила учиться, — наконец выговорила она...

Перемены вошли в жизнь Ирины с коротким тихим «трям» отправленного электронного заявления. Прощание с прежним местом работы вышло на удивление легким, но не лишенным грусти. На замену удалось быстро пристроить Катю, бывшую соседку, которая после декрета была рада вернуться к работе. Петр Сергеевич, прочитав заявление, помолчал. — Эх, Ирина, — вздохнул он, наконец. — Жаль терять такого мастера, но я же видел — ты здесь как в тесной обуви ходишь. Удачи тебе! Только отвертки свои любимые не забудь. Его искреннее сожаление, смешанное с отеческим благословением окончательно сняло груз с души...

Настрой "у меня все хорошо!" продержался две недели. Но с каждым днем притворяться перед самой собой становилось все тяжелее. Утро на работе началось с бодрой мелодии вызова. На экране высветилось "Мама". Ирина не успела даже поднести наладонник к уху, как из динамика полился восторженный голос: — Ирочка, ты представляешь?! Ижеслав занял первое место в конкурсе по математике! Опередил даже ребят из спецшколы! Ирина почувствовала, как внутри шевельнулось двойственное чувство: искренняя радость за брата и привычная нотка обиды: мама никогда не обзванивала родных, чтобы похвастаться её успехами...

Утро принесло обманчивое облегчение. Проснувшись в пустой спальне — Олег ушел раньше, даже не разбудив её поцелуем, — Ирина замерла, глядя на солнечных зайчиков, танцующих на стене. Ей отчаянно захотелось поверить, что вчерашний ужин в столовой был просто дурным сном. - Я просто переутомилась, — убеждала она себя, вставая с кровати. — Олег прав, я слишком драматизирую. Лариса... это их семейные дела. У нас всё будет иначе. Мы ведь не они. Направляясь на кухню, она невольно коснулась пальцами гладкой поверхности дубового стола...

После ужина гостиная была наполнена ароматом элитного кофе Михаила и тяжелым духом табака, который предпочитал свекор. Олег стоял у панорамного окна, спиной к жене. За стеклом в бархатной темноте нежно-зеленым пульсом мерцало "Живое око". Гигантский парк казался сердцем, бьющимся в ритме мегаполиса. Ему вторили мириады огней в бесконечных сотах высоток. Флаер свекра уже скрылся с глаз, и ничто не мешало смотреть на эту завораживающую картину. Ирина замерла у края ковра. Ей хотелось подойти и коснуться его плеча, взять за руку...

В столовой квартиры молодой семьи Белозеровых пахло старым деревом, жареным мясом и яридскими пряностями. Делать мебель из натуральной древесины давно запретили, но Олег Белозеров не пожалел почти годового оклада, чтобы добыть тяжелый раритетный стол из настоящего дуба. Роскошь, которая сразу задавала тон всему помещению. Ирина помнила, как он привел её сюда в первый раз. - Для тебя, Иришка, — шептал он тогда, сияя от гордости. — Никакого дешевого теколина. Огромное панорамное окно во всю стену выходило на северо-восток...

Ирина опустилась на колени на границе умирающих деревьев. Браслеты "Чародара" давили на запястья, диадема стягивала виски, усиливая и концентрируя потоки ее магии. Мир перед внутренним взором вспыхнул сотнями оттенков. Корни деревьев — золотистые, живые нити, уходящие в чёрную глубину земли. А среди них — чужое. Чужеродное. Идеально выполненный, аккуратный канал, встроенный в тело парка рукой профессионала. Кто-то очень умелый тянул отсюда силу. — Здесь, — сказала Ирина, не открывая глаз. Сзади кто-то сдавленно выдохнул...

Доброго дня, дорогой читатель! Здесь я выкладываю ссылки на уже опубликованные главы книги. График публикации - одна глава в день. Это история о выборе между клеткой и свободой. И о цене, которую приходится платить за право светиться в мире, где магия сплетается с технологиями, а за красивым фасадом скрываются настоящие чудовища. Это честная, неторопливая история о том, как перемены рождаются не в громком бунте, а из тихих решений и маленьких шагов...