Ирма Грэй | Рассказы, истории

Вчера Марина позвонила мне в слезах. Говорит - больше не могу, сил нет смотреть, как моих детей делают второсортными. История такая. Марина замужем восемь лет, двое детей - мальчишки пяти и семи лет. У мужа есть сестра, у той тоже двое - девочки примерно того же возраста. И есть свекровь. Вот с нее-то все и началось. Точнее, не началось - Марина говорит, что замечала это давно. Просто старалась не обращать внимания, убеждала себя, что показалось. На прошлой неделе был день рождения свекрови. Собрались все вместе - редкий случай...

Я до сих пор помню тот день, когда отдавала ключи от своей «Мазды». Я любила эту машину. Я купила её сама, еще до знакомства с Витей, копила три года, отказывала себе в отпуске. Но Витя сказал: — Аня, ну зачем нам две машины? Тем более, твоя стареет. Продадим, внесем как первоначальный взнос за ипотеку. Зато у нас будет своё жилье. Просторное. Звучало разумно. Мы женаты, бюджет общий, цель благая. Я продала машину, добавила свои сбережения, и мы внесли почти 30% стоимости квартиры. Ипотеку оформили на Витю (у него «белая» зарплата выше), я пошла созаемщиком...

— Знаешь что? Если тебя не устраивают мои порядки — собирай вещи и вали к маме! — Олег швырнул кухонное полотенце на стол и победно скрестил руки на груди. В кухне повисла звенящая тишина. Слышно было только, как гудит холодильник — тот самый, который я купила с премии три года назад. Я медленно опустила чашку. Посмотрела на мужа. Потом обвела взглядом стены, которые я шпатлевала вместе с отцом. Пол, ламинат для которого выбирала сама. — Олег, — сказала я очень тихо. — Ты, кажется, забыл одну маленькую деталь...

Мы сидели на кухне. Передо мной стояла чашка остывшего чая, а перед мужем стена. Невидимая, но бетонная. — Сереж, нам нужно внести залог завтра. Переведи мне деньги на карту или сними наличные, — сказала я спокойно. Он даже не отвлекся от телефона. — Лен, давай не сегодня. Я устал, банк уже, наверное, глючит. — Причем тут «устал»? Это делается в три клика. Зайди в приложение. Он поднял на меня глаза. В них не было раскаяния, только раздражение. Как будто я попросила его не вернуть наши деньги, а потребовала почку...

Ребёнок горел. Не “температура”, а именно горел — горячий, липкий, обиженный на весь мир. Я стояла у кассы в круглосуточной аптеке, одной рукой держала телефон, другой — коробку с жаропонижающим. Сообщение от мужа пришло ровно в тот момент, когда фармацевт сказала сумму: — “Скинь фото чека. И без лишнего.” И вот тогда внутри что-то щёлкнуло. Не обида даже. Холодное понимание: в нашем доме деньги — это не “наше”. Это “его”, и он выдаёт мне их как премию за хорошее поведение. История собирательная, имена изменены...

Господи, сколько раз я читала такие истории в интернете и думала: «Ну что за дуры? Кто в здравом уме вкладывает деньги в чужую недвижимость?». А потом сама стала этой дурой. Счастливой, влюбленной идиоткой с перфоратором в одной руке и каталогом итальянской плитки в другой. Я вложила в квартиру мужа полмиллиона рублей, два года жизни и душу. А когда он нашел другую, выяснилось, что по закону я здесь — никто. И мои полмиллиона — это, оказывается, «плата за проживание». Как я сама себя обманула Когда мы с Сергеем сошлись, расклад был такой: у него — убитая «однушка», доставшаяся от бабушки...

«Зачем тебе новые джинсы? Ты же всё равно дома сидишь, никто тебя не видит. А старые можно и зашить, если уж приспичило». Я смотрела на мужчину, который еще год назад стоял на коленях и умолял родить ему наследника, и не узнавала его. Передо мной был не любящий муж, а надзиратель в колонии строгого режима. В тот момент я поняла: декрет — это не отпуск. Это идеальная ловушка, в которой женщина теряет право голоса. Хроника финансового насилия До рождения сына у нас с Олегом всё было «как у людей». Я хорошо зарабатывала, у меня была своя машина, свои карты, свои "хотелки"...

Вчера встретила бывшую коллегу, Марину. Всегда такая цветущая, ухоженная женщина, а тут идет - глаза на мокром месте, в руках сумка с продуктами дрожит. Зашли в кофейню, я ей воды заказала. Думала, случилось что страшное. А оказалось - война с собственной дочерью. Марине 56 лет. Она еще работает, ходит в бассейн, начала учить английский. В общем, живет полной жизнью, пока здоровье позволяет. У нее есть дочь Катя и двое внуков - 3 года и 6 лет. Марина внуков любит. Подарки покупает, в зоопарк водит раз в месяц, летом на дачу берет на неделю...

Присаживайся, разговор у нас сегодня будет про будущее. И про то, как мы своими руками, возможно, это будущее у наших детей воруем. Или спасаем? Я уже сама запуталась. Вчера я была на родительском собрании у племянника. 11 класс, выпускной на носу. Я ожидала увидеть панику, услышать разговоры о репетиторах, о баллах ЕГЭ, о том, «как поступить на бюджет». Помните, как это было у нас? Если ребенок не поступил — это трагедия, позор семьи, «дворы мести пойдешь». А тут я сижу и чувствую, что попала в какое-то зазеркалье...

— Ты живешь за мой счет, так что свое мнение держи при себе! — выпалил Денис, не отрываясь от экрана телевизора. Елена застыла с половником в руке. На кухне повисла звенящая тишина, в которой было слышно, как гудит холодильник. — Что ты сказал? — переспросила она тихо, надеясь, что ослышалась. Денис, чувствуя себя хозяином положения, лениво повернул голову: — Что слышала. Я деньги в дом несу. Я решаю, на что их тратить. А твое дело — хозяйство вести и не пилить меня. Елена аккуратно положила половник на стол...

Эту историю мне рассказала моя хорошая знакомая Лена. Мы сидели у нее на кухне, она перебирала старые фотографии и просто вытирала слезы рукавом. Ситуация у нее страшная, но, к сожалению, типичная. Две сестры. Одна квартира. И полная тишина в отношениях. Лена и ее младшая сестра Ира всегда были дружны. Разница в 5 лет, в детстве дрались, конечно, но во взрослой жизни поддерживали друг друга. Пока была жива мама, семья собиралась за одним столом, лепили пельмени, праздновали дни рождения. Полгода назад мамы не стало...

Вчера я зашла в кофейню в центре города. За соседним столиком сидела девушка лет двадцати пяти. Симпатичная, свежая. Но на лице у неё были налеплены зеленые патчи под глаза, на голове — какая-то невнятная «гулька» из грязных волос, а одета она была буквально в пижамные штаны и растянутую майку. При этом рядом на стуле стояла сумка стоимостью в три моих зарплаты, а в руках был последняя модель айфона. Она громко, на все заведение, обсуждала свои анализы с подругой по видеосвязи. Я смотрела на неё...