Ирина Рубцова | Душевные Рассказы

Игорь начал раздражаться на тёщу после третьей среды подряд. Не потому, что она звонила. Не потому, что просила денег. И даже не потому, что снова привезла им банку солёных огурцов, хотя в холодильнике уже стояли две. Анна Михайловна просто ждала его возле работы. Стояла у проходной мебельной фабрики в старом коричневом пальто, прижимая к груди большую сумку. Увидев зятя, махала рукой и делала вид, будто оказалась здесь случайно. "Вы опять тут?" - спросил Игорь. "Автобус ждала." "Ваш автобус останавливается на соседней улице...

Екатерина поняла, что коробки нет, ещё до того, как открыла шкаф. На верхней полке всегда лежал старый клетчатый плед. Она сама накрывала им коробку, чтобы та не пылилась и не бросалась в глаза. Теперь плед был аккуратно сложен и прижат стопкой зимних свитеров. Под ним ничего не было. Катя поднялась на носки, провела рукой по полке. Потом опустилась, заглянула вниз, хотя прекрасно знала: большая картонная коробка не могла упасть за шкаф или затеряться между одеждой. Она просто исчезла. В спальне пахло чистящим средством и свежевыстиранным бельём...

Роман понял, что тесть опять ничего не принёс, ещё до того, как тот снял куртку. Виктор Петрович вошёл в квартиру с пустыми руками. Ни пакета с продуктами, ни лекарств, ни конверта с деньгами. Только старая кепка, потёртая куртка и запах холодного гаража. Роман отступил от двери, пропуская его в прихожую. Из комнаты сразу вышла Светлана. Она обняла отца, а тот неловко похлопал её по спине. Виктор Петрович вообще не умел обниматься. Даже с единственной дочерью держался так, будто любое лишнее движение может показаться слабостью...

Андрей понял, что тёща снова переставила детскую кроватку, ещё до того, как снял куртку. Кроватка стояла не у окна, как утром, а ближе к стене. Мобиль с мягкими зверями был снят и лежал на комоде. Плед, который его мать вчера привезла "для красоты", тоже исчез. На стуле сидела Тамара Ивановна. Тёща. В очках на кончике носа, в серой кофте, с младенцем на руках. Маленький Миша спал, уткнувшись щекой в её плечо, а она сидела так неподвижно, будто боялась даже дыханием его потревожить. Тамара Ивановна подняла глаза...