Дефектолог Инесса Баскина

Тьфу-тьфу, чтобы не пригодилось Иногда проклятия сбываются не сразу. Иногда — очень точно. И чаще всего — не у тех, кому их адресовали. — Ты сволочь! — кричала мама Светланы своему зятю. — Ты бросаешь мою дочь, потому что у вас не получается родить ребёнка! — Не у вас, а у неё, — парировал Алексей, складывая вещи в небольшой чемодан. Света сидела у окна и молча смотрела куда-то вдаль. Обычно, когда смотрят вдаль, на самом деле смотрят глубоко внутрь себя. Она и правда смотрела в свою прошлую, бесполезную жизнь с Алексеем. У них не было детей. Но ещё тяжелее было отсутствие общих интересов. Их не было совсем. Даже питание — раздельное. И по стилю, и по месту. Алексей никогда не ел дома. Света не любила ходить по гостям, ресторанам и столовкам. Тамара Николаевна, мама Светланы, воспитала идеальную дочь для домашнего хозяйства. Сама же была идеальным работником. Она работала в местной коррекционной школе для детей с нарушенным слухом учителем географии и истории. И очень хотела на пенсию — нянчиться с внуками. Но внуки не получались. Хотя со дня свадьбы прошло уже пять лет. К зятю претензий не было: хорошая должность, хорошая зарплата, не скандалит. Вернее, не скандалил. Пока после новогоднего корпоратива не сообщил Светлане, что уходит к другой. Тамара Николаевна прибежала быстро — как только позвонила дочь. И сразу начала кричать: — Что моя дочь делала не так, что ты уходишь именно сейчас? — Я хочу детей. А у нас они не получаются. — Так это ты не хочешь делать ЭКО, хотя тебе там вообще ничего делать не надо! — Я хочу естественных, здоровых детей, а не как ваши дебильные ученики… Тут Алексей, конечно, перегнул палку. И Тамару Николаевну было уже не остановить. — Они не дебилы! Они с нарушенным слухом! Что ты в этом понимаешь, идиот?! Следи за своим языком и благодари судьбу, что не знаешь этих проблем! — Я не идиот. Я полюбил другую женщину. И хочу от неё здоровых детей. Без ваших ЭКО и бесконечных разговоров о недоделанных учениках! У Алексея накипело. Его не щадили — и он не щадил в ответ. — В смысле полюбил другую? — Тамара Николаевна даже представить себе не могла, что можно любить кого-то, кроме её дочери. — Это моя коллега. Лена. Она ждёт от меня ребёнка. Тишина повисла такая, что было слышно, как новогодний дождик шелестит на ёлке. Света повернула голову. Встала. Подошла к мужу. Поцеловала в щёку. Потом зачем-то перекрестила его и показала на дверь. Ни мать не узнавала свою дочь. Ни тем более муж. А вот Светлана — наоборот. Она вдруг начала узнавать себя. И радоваться хоть какому-то решению. Алексей хотел подойти, обнять, попросить прощения. Но тёща не дала. Она встала между ними и прошипела: — Проклинаю. И вон из квартиры моей дочери. То ли сцен таких насмотрелась. То ли просто было больно — за дочь и нерождённых внуков. Алексей стал жить с беременной Леной. Сначала у неё. Потом — в своей, свежеотремонтированной после квартирантов. Перед родами они успели расписаться. Со Светланой они встретились один раз — в ЗАГСе, для подачи документов на развод. Пара дежурных фраз. И облегчение — у обоих. А вот Тамара Николаевна, несмотря на просьбы дочери не суетиться, развернула бурную деятельность. Недолго. Но очень агрессивно. Звонила родителям Алексея. Потом — ему на работу. На работе всё знали и не реагировали. К осени она успокоилась. Светлана стала встречаться с интеллигентным мужчиной. А в школе Тамаре Николаевне дали классное руководство. Про бывшего зятя она почти забыла. Пока через год не раздался звонок. — Тамара Николаевна, это Алексей. Мне нужно с вами проконсультироваться. В голове закрутились десятки мыслей. Все формальности развода были соблюдены — она сама за этим следила. — Говори. — Лучше встретиться. А теперь — то, ради чего этот текст читают до конца Лена родила в самую июльскую жару богатыря Арсения. Он не прошёл скрининг по слуху. Но тогда значения не придали — специалисты были в отпуске. Через полгода диагностика показала: малыш глухой. Потом — подтверждение диагноза в Москве. Очередь на кохлеарную имплантацию.