Ключ был тяжёлый, железный, ещё тёплый от чужой руки. Алёна держала его в кулаке и не знала, куда деть. Никогда в жизни у неё не было своего ключа. В девичьей Сосновки двери не запирались вовсе. А тут нянька Матрёна молча отвела её наверх, в комнатку рядом с барским кабинетом, сунула ключ в ладонь и ушла, не сказав ни слова. В комнатке стояла кровать с периной. Настоящая кровать, не лавка. Умывальник с кувшином, сундук, на стене образ в медном окладе. Печь топилась из коридора, и от изразцов шло ровное тепло...
Алексей Котов
Проданная. Часть 1
Чашка звякнула о блюдце, и Алёна прижала её пальцем. Не хватало ещё, чтобы барин услышал этот звон за дверью. Дверь в кабинет была приоткрыта на ладонь. Оттуда тянуло табаком и сургучом. Барин Николай Петрович Лавров не спал третью ночь, с тех пор как вернулся из губернского города без денег и без пары лучших лошадей. Дворня знала: проигрался. Дворня всегда узнаёт всё раньше господ. Приказчик Лукич зашуршал бумагами: — Долг к Николину дню отдавать. Ждать никто не станет. — Знаю. — Сухоруков опять письмо прислал...
Вольная. Финал
Палец Лукича смотрел ей прямо в грудь, туда, где под полушубком лежала вольная с обгорелым углом. Во дворе стало так тихо, что было слышно, как фыркают казённые лошади. Василиса стояла посреди двора, в котором прожила двенадцать лет. Беглая дворовая господ Ракитиных. Тайная дочь покойного барина. Девка, которую месяц назад собирались продать злой помещице Сухоруковой, а потом объявили утонувшей. Вторая вольная, которую отец оставил ей у отца Петра, была при ней. Первую, украденную, носил за пазухой Лукич...
Вольная. Часть 9
Отец Пётр встал на колени перед своим дорожным сундучком, отпер его маленьким ключом и долго рылся на дне, под ризой и книгами. Василиса сидела у печки и не дышала. Две недели назад она была швеёй господ Ракитиных. Потом узнала, что она дочь покойного барина. Потом бежала из Сосновки ночью, по льду, под лай собак, и оставила Никиту в чёрной воде. Её вольную, ту, что барин подписал в ночь своей смерти, украл бурмистр Лукич. А теперь отец Пётр, единственный живой свидетель, сказал, что вольных было две...
Вольная. Часть 8
Лёд разошёлся под санями с таким треском, что лошадь закричала, как человек. Задок саней ухнул вниз. Василису швырнуло назад, на рогожу, и в спину ей плеснула чёрная вода. Ледяная. Мёртвая. Она была беглая крепостная, швея господ Ракитиных и тайная дочь покойного барина. Вольную, которую отец подписал ей перед смертью, украл бурмистр Лукич. Через два дня её должны были продать на ярмарке жестокой помещице Сухоруковой. И вот она тонула посреди реки, ночью, в метель, вместе с единственным человеком, который её любил...

