Истории о жизни и любви

В прозрачных дверях районной поликлиники показался мальчик лет восьми. На нем была поношенная, но чистая и аккуратная синяя куртка. Рукава слегка потерлись, а застежка-молния была аккуратно подшита вручную крепкими нитками. В руках мальчик с трудом тащил тяжелую холщовую сумку, из которой доносился тихий, тревожный звон. Очередь у регистратуры недовольно зашепталась. В светлом, отмытом до блеска холле ребенок со звонким мешком выглядел странно. Не обращая внимания на брезгливые взгляды взрослых, мальчик направился прямо к аптечному киоску...

Сергею Разумовскому было сорок три. За это время он блестяще научился двум вещам: зарабатывать большие деньги и не чувствовать боли. Его память хранила одно самое яркое, выжженное каленым железом воспоминание из детства. Ему пять лет. Шумный, продуваемый сквозняками железнодорожный вокзал. Мать, суетливая, испуганная, сажает его на жесткую деревянную скамью в зале ожидания, гладит по щеке ледяной рукой и говорит: — Сереженька, сиди здесь. Я только куплю билеты. Я быстро. Она ушла. И не вернулась ни через час, ни к ночи...

Мне двадцать пять, и четыре года своей жизни я отдала человеку, которого для меня выбрали другие. В двадцать один я стала женой Виталия - тридцатилетнего владельца крупного бизнеса и идеального кандидата на роль мужа по мнению моих родителей. Мой отец, всю жизнь проработавший в городской администрации, и мама, преподававшая в музыкальном училище, всегда верили в «правильные партии». В их системе координат любовь была чем-то эфемерным и опасным - стихией, которая ломает жизни. А вот Виталий был осязаемым,...

Детские обиды обладают странным свойством: они не растворяются с годами, а оседают на дно памяти тяжелым, холодным осадком. Стоит только случаю потревожить эту глубину, как они всплывают яркими, до боли четкими картинками. Май 1996 года я помнила так, будто это было вчера. Наш 11-й «А» готовился к выпускному баллу. Для большинства девочек это было временем пышных юбок, бантиков, перламутровой помады и мечтаний о взрослой жизни. Для меня - временем тихой, выжигающей изнутри тоски. Моя мама растила нас с сестрой одна...