Огненный Тигр. Истории для всех.

— Ну что, Гайда, так и будем париться на крыльце? — Тимофей вытер со лба тяжёлую испарину, глядя на безоблачное небо. — Пекло такое, что даже хвоя не пахнет, а плавится, словно воск. Собака тяжело вздохнула, положив острую морду на вытянутые лапы, и лишь слегка вильнула хвостом. Август выдался безжалостным. Жара стояла такая, что вся живность давно ушла в глубокую тень, прячась по оврагам и влажным низинам. Тимофей Гордеев, лесник кордона, спустился с крыльца. Ему минуло пятьдесят восемь лет, из которых большую часть он отдал этому лесу...

— Деда, ты меня слышишь? Прием. Слышишь меня? — тревожно и торопливо затрещал старенький радиоприемник, пробиваясь сквозь плотные таежные помехи и гул разыгравшейся за окном метели. — Слышу, Анюта, хорошо тебя слышу, хлопотунья моя, — Тимофей Ильич мягко улыбнулся в густые седые усы, неторопливо нажимая тугую тангенту потертой рации. — Чего шумишь, словно сорока на кедре? Все у меня в порядке, печь топится, дрова сухие, чай горячий. — Ох, дедушка, душа за тебя болит, — голос внучки звучал искаженно, но в нем отчетливо читалась глубокая забота...

— Ты смотри, Михалыч, зима нынче ранняя будет, — произнёс Артём, ёжась от промозглого ветра и подтягивая воротник старой штормовки. — Птица низко идёт, да и лист осыпался в одночасье, будто кто команду дал. — Твоя правда, Артём, — отозвался хрипловатый голос из рации, стоявшей на грубо сколоченном столе. — Ты там дров-то наколол? А то на дальнем кордоне, сам знаешь, надеяться не на кого. Снег ляжет — месяц не пробьёмся. — Обижаешь. Поленница под крышу, печь исправная. Прорвёмся, не впервой, — усмехнулся лесник, поглаживая густую бороду...

— Дедушка, а почему деревья так тяжело вздыхают? — детский голос прозвучал тихо, почти шепотом, словно боясь спугнуть густую тишину, наполнившую бревенчатую комнату. — Это не деревья, Илюша. Это ветер в их макушках путается, дорогу домой ищет, — пожилой мужчина неспешно отложил березовое полено и обернулся к внуку. — Сосны высокие, сильные, они любую непогоду на себя принимают, чтобы внизу, у земли, спокойно было. — Значит, они нас защищают? — Защищают. Природа, она всегда заботится о тех, кто ее понимает...