Семейные тайны и драмы

«Подождите, а разве вы не приходили к нам в феврале?» Нотариус смотрела на меня поверх очков. Я пришла оформить доверенность для сестры, пустяковое дело. И вдруг этот вопрос. «Нет», сказала я. «Я у вас впервые». Она нахмурилась и защёлкала мышкой. «Соколова? Ирина Валерьевна? Квартира на улице Ленина, дом двадцать четыре?» «Да», сказала я. «Это наша квартира. Моя и мужа». «По нашим данным, вы приходили в феврале с супругом. Давали нотариальное согласие на отчуждение квартиры. Ваш муж подарил её своей матери»...

«Мама, а почему папа говорит, что у тебя голова дырявая?» Это спросил мой сын. Ему было шесть. Он сидел на полу и собирал конструктор, и вопрос вылетел так просто, будто он спросил, почему небо синее. Я замерла с полотенцем в руках. Утром, перед уходом, муж сказал мне при сыне, что я «как всегда всё забыла». Что у меня «голова дырявая». Что он «сто раз говорил». Сын всё слышал. И теперь спрашивал. «Папа пошутил», сказала я. И ушла в ванную. Включила воду. Стояла и смотрела, как она бежит. Я молчала...

«Здравствуйте, вас беспокоит банк. У вас просрочка по кредиту. Остаток долга восемьсот сорок тысяч рублей. Когда планируете внести платёж?» Я стояла посреди кухни с телефоном у уха и не могла понять, о чём речь. «Какой кредит?» переспросила я. «Я никаких кредитов не брала». Девушка из банка зашелестела бумагами. «Договор оформлен на вас и на вашего супруга. Вы созаёмщик». У меня похолодели руки. Я села на табурет, не донеся трубку до стола. «Какая сумма?» переспросила я. «Остаток восемьсот сорок тысяч...

Я открыла дверь и поняла, что что-то не так. В прихожей стояли чужие тапки. Розовые, пушистые, с помпоном. Не мои. В воздухе висел чужой запах, сладкий, какой-то приторный, не наш. Мы вернулись с моря в семь вечера. Загорелые, усталые, с чемоданом, полным мокрых полотенец и ракушек для дочки. Хотелось одного: бросить вещи, залезть в ванну и лечь. А в нашем доме уже кто-то жил. «Мам, а чьи это тапки?» спросила дочь. Я не ответила. Прошла на кухню. Там, за нашим столом, пила чай незнакомая женщина...