Семейные тайны и драмы

Я была в офисе и разбирала накладные, когда позвонила Людмила Петровна, наша соседка по даче. — Маргарита, вы знаете, что у вас там происходит? В её голосе не было паники, только осторожность. Так она обычно звонила, если замечала открытые ворота или забытый свет в беседке. Я ответила, что не знаю. Мы с Ярославом собирались приехать на дачу только в следующие выходные. Тогда Людмила Петровна прислала фотографию. На снимке у нашего дома стоял грузовой фургон. Двери были распахнуты, а возле крыльца лежали матрас, кухонный стол и мой старый шкаф с голубыми дверцами...

Зал суда был маленький, человек на тридцать. Я сидела на втором ряду и держала на коленях синюю тетрадь в клетку. Денис сидел через проход, с адвокатом, в новом пиджаке. Он не смотрел в мою сторону. Смотрел на часы, на телефон, на окно. Его адвокат излагал позицию плавно: истец Ирина Викторовна длительное время не работала, дохода не имела, находилась на полном содержании супруга. Проще говоря, иждивенка. Активы семьи сформированы трудом ответчика и средств его матери. Иждивенка. Это слово я слышала от мужа ещё в коридоре, перед заседанием...

Утром учительница написала мне личное сообщение. «Ксения, уточните, пожалуйста, кто от вашей семьи будет получать информацию по Таисии. Серафима Николаевна просит присылать ей все сообщения, оценки и медицинские документы». Я перечитала текст и открыла школьный чат. Под последним объявлением учителя уже стояли сообщения моей свекрови. Она спрашивала, почему Таисия получила не высший балл за контрольную, кто из родителей не сдал деньги на экскурсию и по какой причине внучке нельзя оставаться после уроков на продлёнке...

Утром Алина прислала мне голосовое сообщение. — Поехали со мной в банк. Там нужна обычная формальность. Подпишешь один документ — и свободна. Я всё сама буду платить. Я прослушала сообщение дважды. В тот день у меня и без того было достаточно дел. На работе оставался недоделанный отчёт, а после обеда нужно было забрать из ремонта стиральную машину. Я уже собиралась написать Алине, что не смогу. Но она тут же напомнила, что когда-то сама выручила меня. Помогала с ребёнком, когда я не успевала, приезжала в тяжёлые месяцы, могла без лишних вопросов подхватить часть моих забот...

В прихожей стояли две пары обуви. Одну я узнала сразу. Вторую раньше не видела. Из моей второй комнаты доносился незнакомый женский голос. Я сняла пальто, поставила сумку на тумбу и спросила: — Кто пришёл? Карина вышла на кухню с таким лицом, будто надеялась, что я сегодня задержусь на работе хотя бы ещё на час. — Это Милана. Она поживёт у нас несколько дней. Я посмотрела на большую сумку возле моего письменного стола и сразу поняла, что речь идёт не о нескольких днях. В моей комнате уже стоял чужой чемодан, на подоконнике лежала косметика, а на спинке стула висела незнакомая куртка...