Лидия Рождественская - писатель

— Мой друг берёт твою машину на юг, отдай ключи, — приказал муж. Ольга стояла у открытого багажника и держала коробку с одноразовыми пелёнками. Из клиники попросили захватить её по дороге на работу. Рядом с машиной уже лежали два дорожных рюкзака, а Илья прилаживал к ручке большой сумки бирку с телефоном. — Какой юг? — До Геленджика и обратно. На десять дней. Я тебе говорил, они отпуск взяли. — Про отпуск говорил. Про мою машину — нет. Илья поднял голову. На его лице было то неприятное ожидание, с которым люди следят за чужой ссорой, пока ещё надеясь получить своё...

— Мама поживёт у нас пару лет, ей одиноко, — поставил перед фактом муж. — Ты ноутбук пока на кухню перенеси. Мы там уже всё расставили. Вера не могла открыть дверь в свою комнату: изнутри её подпирал край дивана. На ручке висела ночная рубашка Тамары Ильиничны, а под стеной стояли четыре клетчатые сумки. — Костя, где мой стол? — Разобрал. В кладовке детали. Он ей мешал, не разложить спальное место. Свекровь вышла из ванной с мокрым полотенцем. Волосы у неё были заколоты большой пластмассовой заколкой, босые ноги скользили в Вериных тапочках...

— Поможешь моему брату с ипотекой, у тебя же премия, — решил муж. Я ещё не успела снять пальто. Вадим стоял в прихожей с моими домашними тапками в руках, как будто приготовил их, чтобы приятнее было согласиться. — Сколько помочь? — Триста шестьдесят. Всё, что тебе начислили. — А ты откуда сумму знаешь? — Ты вчера при мне сообщение открывала. Лар, ну не начинай. Глебу ровно столько не хватает. В кухне звякнула чашка. Я заглянула туда и увидела на столе коробку торта, открытую бутылку газировки и второй комплект ключей от квартиры брата...

— Я нашёл работу в столице, ты увольняешься завтра, — сообщил муж. — Коробки привезут в четверг. Большие, под посуду тоже. Нина придержала локтем дверь холодильника. В одной руке у неё была кастрюля, в другой — пустая банка из-под огурцов. Первым делом она подумала не о Москве, а о том, что коробки поставят в коридор и снова нельзя будет пройти. — Какие коробки, Лёша? — Для переезда. Я же сказал: взяли меня. На следующей неделе выхожу. Он развернул к ней телефон. На экране была фотография стеклянной башни и сообщение от человека, записанного как «Стас Москва»: «Жду тебя, стартанём бодро»...