Каждый роман, как 1001 ночь

Нелли продала бабушкину квартиру за 6 400 000 рублей и уже собирала коробки. За три дня до передачи ключей под скрипучей половицей нашлась жестяная коробка с тремя письмами. Половица скрипела в этой квартире с тех пор, как я себя помню. Я думала, что знаю про неё всё, и ошибалась. В тот день, 11 апреля, я стояла посреди бабушкиной комнаты с рулоном скотча. Вокруг громоздились коробки, подписанные моим кривым почерком: «посуда», «книги», «Вера, фото». Сделка прошла девятого числа, а ключи покупатели должны были получить четырнадцатого...

Аня просится к строгой бабушке, Миша к доброй, и муж Елены уверен, что всё просто. Но две фразы детей рассказали ей совсем другую правду о том, чего им не хватает. Я записала эту фразу в дневник ещё на парковке, на обороте магазинного чека. Боялась забыть, как именно она прозвучала. Мне тридцать два года, и дневник я веду с одиннадцати лет, с тех пор как мне подарили тетрадь с замочком и ключиком. Замочек давно сломался, а привычка осталась. Сейчас я открываю эти записи, как врата в тот год, когда я наконец поняла своих детей...

После маминых похорон Нелли приехала в родной дом, чтобы поделить его с братом. На чердаке, в старой книге, она нашла конверт, который Гоша не должен был увидеть никогда. И теперь решать предстояло ей. В тот вечер ключ повернулся в замке с первого раза, и это почему-то испугало меня сильнее, чем темнота за дверью. Раньше он всегда заедал. Мама говорила, что дом сам решает, кого пускать, и нужно подождать, пока он тебя узнает. Я стояла на крыльце минуты две, не меньше. Над калиткой жужжал одинокий...

Я перечитала записку ещё раз, надеясь, что за ночь слова каким-то образом изменились. «Не торопись доверять Астору. Узнай сначала, почему он два года никого не выбирал». Ни подписи, ни объяснений. Только эта короткая фраза, от которой любопытство мгновенно смешалось с тревогой. Я спрятала записку в карман и посмотрела на Элизу. Она сидела на кровати, заплетая волосы, и наблюдала за мной в зеркале. — У тебя такое лицо, будто кто-то сообщил, что сегодня отменяют завтрак. — Хуже. — Отменяют завтрак и заставляют сдавать экзамен? — Элиза! — Всё, молчу...