В субботу Вера вернулась с работы позже обычного. Весь день она перепроверяла чужую авансовую отчётность, и к семи вечера глаза слипались. У подъезда стоял незнакомый мужчина в светлой куртке, с планшетом в руках. Он деловито фотографировал фасад, прищуриваясь на солнце. Вера прошла мимо — малознакомый тип, может, из управляющей компании. Но что-то царапнуло. Она обернулась. Мужчина уже садился в серую машину, бросив короткий взгляд на её окна. Внутри всё было на месте. Она сняла пальто, повесила на крючок, и тут увидела...
Жизнь без прикрас
— Мы переезжаем к тебе всей семьёй, — сестра мужа поставила сумки в прихожей.
Люба стояла на лестничной клетке с пакетом продуктов и смотрела, как два грузчика, пыхтя, тащат наверх огромный диван в чехле из пузырчатой плёнки. Субботнее утро, семь часов. Она только что с ночной смены, глаза слипаются, в висках гудит. Диван — это к соседям сверху, наверное, у них ремонт. Она пропустила грузчиков и полезла за ключами. Дверь её собственной квартиры была приоткрыта. Изнутри доносились голоса. Чужой смех. Звук работающего телевизора — она точно выключала его перед уходом. Люба толкнула дверь...
— Я оплатил репетитора, ты не поняла, — бросил муж, пряча телефон в карман.
Ирина стояла посреди кухни и не верила своим ушам. Только что она спокойно, даже с улыбкой, спросила Матвея про две тысячи рублей, которые он вчера ошибочно перевёл со своего счёта на карту какого-то незнакомого человека. Она думала, это просто очередная случайная трата, которую можно легко вернуть через банк. — Какого репетитора? — переспросила она, чувствуя, как внутри всё холодеет. — О ком ты вообще говоришь? Матвей, не глядя ей в глаза, поправил воротник рубашки и направился к выходу из кухни...
— Мама сказала, что тебе не нужно покупать новую куртку, раз мы платим за нашу поездку, — заявила золовка.
Ольга Николаевна стояла в прихожей съёмной квартиры сына, держа в руках пакет с продуктами. Три килограмма картошки, курица, сметана, зелень — всё, что она захватила по дороге, потому что знала: молодые вечно сидят без еды. Из глубины комнаты доносился смех Вики, звонкий и какой-то нарочитый, будто она играла роль для невидимой камеры. — Мам, ну зачем ты опять с сумками? — Андрей вышел в коридор в домашней футболке и мягких штанах. Обнял её, чмокнул в щёку. От него пахло дорогим гелем для душа и чем-то сладким...
— Мама, я вложил эти деньги в крипту, но ты же не будешь меня ругать, — улыбнулся сын.
Надежда Павловна стояла посреди своей комнаты и перебирала вещи, которые собиралась взять с собой в санаторий. Курортную путёвку ей подарил профсоюз завода, где она когда-то работала главным бухгалтером, а теперь числилась внештатным консультантом. Две недели тишины, сосновый бор, процедуры — она ждала этой поездки весь год. — Мам, ну что ты там возишься? — раздалось из прихожей. Игорь стоял в дверях, засунув руки в карманы джинсов. Тридцать два года, а всё как мальчишка — джинсы с протёртыми коленями,...

