Женская доля

– Съезжай, Ксюша. Ко мне сестра с детьми переезжает, им нужна спальня. Я всё решил, спорить не будем. Глеб сказал это в прихожей, в половине седьмого утра, пока я ещё держала чемодан за ручку. Из Оренбурга я ехала ночным поездом, девять часов на нижней полке под чужой храп, и хотела двух вещей: горячий душ и свою подушку. На коврике стояли сандалики с мигающей подошвой, детские кроссовки и женские тапки, которых я не покупала. – В какую спальню? – В нашу. Они спят, говори потише. – Кто спит в нашей спальне? – Алка с ребятами...

– Какая тебе разница, на ком висит квартира? Мы же семья. Олег сказал это, не отрываясь от телефона, как будто речь шла о том, чья очередь выносить мусор. Я в это время снимала с себя рабочую форму, от меня пахло столовой, луком и хлоркой, после смены всегда так. – Разница в том, что деньги мои. – Наши. – Олег. Это комната от бабушки. Я её продала за полтора года до того, как мы расписались. Деньги с той продажи лежат на моём счёте, и они мои по закону, хоть сто раз мы семья. Он наконец поднял голову...

– Вот здесь телевизор повесим, а диван к окну. Риелтор с камерой в руках ходила по моей спальне. Я стояла в дверях с двумя пакетами из магазина и не понимала, что происходит. – Так, теперь на кухню, – сказала женщина в бежевом пальто. Она меня не видела. Я стояла за шкафом в коридоре. – Валентина Ивановна, а свет здесь хороший, – сказала она кому-то. – Надо будет в объявлении отметить. – Отмечай, отмечай, – ответила свекровь. – Только не забудь, что я просила не ниже четырнадцати. Я поставила пакеты на пол...

– Доверенность на маму я оформил один, и отчитываться мне не перед кем. Тебя, между прочим, тогда рядом не было. Гена сказал это, не вставая с табуретки, и дожёвывал бутерброд. Мамина кухня, клеёнчатая скатерть в вишнях, чайник с ручкой, которую лет двадцать назад кто-то перемотал синей изолентой. Я приехала сорок минут назад и сумку ещё не разобрала. – Мама подписывала сама, – сказала я. – У нотариуса. Ты её просто отвёз. Подвига тут нет. – А я про подвиг и не говорю. – Тогда скажи, сколько у неё на счёте...