Сор из избы

– Это не богадельня, а современный пансионат с круглосуточным наблюдением, пойми ты наконец! – женский шепот сорвался на недовольное шипение, едва сдерживаемое тонкими стенами прихожей. Галина Ивановна замерла, так и не успев снять второй туфель. В ее руках все еще находился тяжелый пластиковый контейнер, бережно укутанный в полотенце, чтобы домашние пирожки с капустой не остыли по дороге. У нее был свой ключ от квартиры сына – они сами настояли на этом пару лет назад, чтобы мать могла приходить поливать цветы во время их отпусков...

– Вы только посмотрите на эту несущую стену, Илюша. Если мы закажем проект перепланировки и объединим кухню с гостиной, получится просторное помещение студийного типа. Прямо как в тех дорогих журналах по интерьеру. А этот старый паркет придется снимать до самого бетона, он же скрипит так, что нервы не выдерживают. – Подожди ты со стенами, Марин. Сначала надо все бумаги грамотно оформить, а потом уже с рулеткой по углам бегать и строителей вызывать. Галина Николаевна молча сидела в своем любимом кресле у окна, аккуратно придерживая блюдце с остывшим чаем...

– Давай обойдемся без лишних формальностей и затягивания времени. Нам с Инной нужны средства, причем срочно, – голос Вадима прозвучал слишком громко в гулкой тишине кухни. Ольга замерла с заварочным чайником в руках. Темная струйка горячего чая на секунду зависла над фарфоровой чашкой, а затем ровно полилась на дно, поднимая облачко ароматного пара с запахом чабреца и мяты. Она аккуратно поставила чайник на узорчатую подставку, промокнула случайно упавшую каплю бумажной салфеткой и только после этого подняла взгляд на брата...

– Галина Николаевна, вы этот салат как-то неправильно нарезали, кубики слишком крупные, дети такое жевать не станут, – недовольно протянула Алина, брезгливо отодвигая хрустальную салатницу на край стола. – Нормальные кубики, Алина. Максим в детстве именно так ел и ни разу не подавился, – совершенно спокойно ответила свекровь, снимая расшитый цветами кухонный фартук. – Ну, Максим это Максим, а у моих детей пищеварение нежное. Им нужно все мелко шинковать, почти в пюре. Вы же бабушка, могли бы и постараться для родных внуков...

– Ты опять за интернет и свет со своей карточки заплатила? Я же просил подождать до среды, там у меня кое-какие поступления намечались. Валерий стоял в дверях кухни, недовольно скрестив руки на груди. На нем были вытянутые на коленях домашние штаны и полинявшая футболка, которую Анна Николаевна уже несколько раз порывалась пустить на тряпки. Она стояла у плиты, методично помешивая овсяную кашу, и старалась не смотреть на мужа. Очередное утро начиналось с привычных упреков. – До среды ждать было нельзя, Валера, – спокойно ответила Анна Николаевна, убавляя огонь под кастрюлей...