Вчера было интересно

21 марта 1910 года на окраине Одессы, на поле бегового ипподрома, стояла толпа в несколько тысяч человек и молча смотрела в небо. Там, над их головами, дрожа и потрескивая, летел человек. Не на воздушном шаре, который относит ветром, — а на настоящем аппарате тяжелее воздуха, которым он управлял сам. Хрупкая этажерка из полотна, дерева и проволоки описывала круги над степью, а внизу крестились, плакали, срывали шапки. Когда пилот сел, на него надели лавровый венок с надписью «Первому русскому авиатору»...

Если бы вы проснулись одесским утром 1912 года, вас разбудил бы не будильник. Вас разбудил бы порт. Он начинает работать раньше всех — ещё затемно, когда бульвар пуст, а море под обрывом кажется чёрным и тяжёлым, как нефть. Внизу, у причалов, уже гремят лебёдки. Скрипят сходни. Пахнет мокрым канатом, смолой, рыбой и — сквозь всё это — зерном. Пшеницей, которую сюда свозят со всей степи, из Херсонщины, из Подолии, с Дона, чтобы отсюда, из одесской гавани, отправить в Марсель, в Роттердам, в Геную...

Подвал на Дерибасовской, шум матросских пьянок и скрипка, которая могла усмирить любого драчуна. Куприн сделал его бессмертным. Но кем был этот человек в реальной жизни? В 1907 году Александр Куприн публикует рассказ «Гамбринус». История про ничем не примечательного, некрасивого скрипача Сашку, который играл в пивной для матросов всех наций и континетов, мгновенно стала классикой. Куприн описал его сочной, едва ли не жестокой кистью: «Плешивый человек с наружностью облезлой обезьяны, неопределенного возраста...

«Заседание продолжается, господа присяжные заседатели!» — эту фразу знает каждый, кто хоть раз читал «Двенадцать стульев» или смотрел экранизацию. Великий комбинатор Остап Бендер кажется нам гениальным вымыслом авторов — Ильи Ильфа и Евгения Петрова. Но что, если я скажу вам, что Бендер — не выдумка? У него был реальный прототип. Человек высоченного роста, невероятного обаяния и атлетического телосложения. Он действительно «играл» в шахматы, не зная правил, женился ради сытого ужина на «знойной женщине, мечте поэта» и выдавал себя за художника...

В истории мировой навигации есть сотни катастроф, но тайна «Марии Целесты» выделяется среди них. Обычно корабли-призраки находили разбитыми штормом, с пробоинами или возможно со следами жестокой бойни. Но «Мария Целеста» была в абсолютном порядке. Она держалась на воде идеально. В трюмах стоял годовой запас еды и питьевой воды. Трубки, одежда и даже ценные вещи экипажа лежали на своих местах. При этом 10 человек — капитан, его жена, их двухлетняя дочь и семеро бывалых матросов — исчезли бесследно...