Сказка - ложь, да в ней намёк

Случилось это, прямо скажем, давно. Без малого тысячу лет назад. В Средней Азии, под городом Бухарой, в небольшом селении. Родился там, надо сказать, один мальчик. Назвали его Хусейн, а по отцу Ибн Сина. Мир же потом узнал его как Авиценну. Мальчик с самых ранних лет, уважаемый читатель, оказался на редкость способный. К десяти годам он, представьте себе, выучил наизусть весь Коран. Книга, прямо скажем, немаленькая. А заодно одолел и добрую часть тогдашней учёной словесности. Приставили к нему учителя по логике, человека сведущего, по имени аль-Натили...

Написала одна моя знакомая, Марья Ивановна, подруге сообщение. Про сослуживицу свою, про Зинаиду. И, прямо скажем, не самое лестное. Написала, ткнула пальцем «отправить», да и обомлела. А надо вам, уважаемый читатель, сперва объяснить, что это за штука такая, сообщение, ну мало ли, кто не знает. Это теперь вроде записки: ни бумаги тебе не надо, ни марки клеить. Набрал в телефоне что хочешь, ткнул пальцем, и оно уже у того, кому послано. Вещь удобная, но, как мы сейчас увидим, прековарная. Марья Ивановна была дама приятная, улыбчивая и обходительная...

Подключил мой приятель, Иван Фомич, автоплатёж. Чтоб, значит, за всякие услуги он сам списывал, самому каждый раз не бегать. Подключил его да и забыл. Автоплатёж — это, уважаемый читатель, такая хитрая штука. Привязываешь свою карточку, и деньги после того уходят сами, без тебя. Тебе и пальцем шевелить не надо. Удобно, прямо скажем, до чрезвычайности, особенно тому, кто эти деньги получает. А завелось всё, как водится, с сущего пустяка. Захотел Иван Фомич поглядеть один кинофильм и нашёл его в интернете, на такой специальной площадке...

Случилось это, прямо скажем, давненько. Без малого девять веков назад. В двенадцатом веке, на берегу речки Москвы. Жил там один боярин по фамилии Кучка. Человек, надо сказать, зажиточный. И была у него, на свою беду, очень хорошая земля. Земля у боярина была, прямо скажем, завидная: сёла, деревеньки, луга и рыбные речки. Сиди себе боярин да радуйся жизни. Однако, уважаемый читатель, на хорошую землю завсегда найдётся охотник. И охотник этот вскорости объявился. Был это князь по имени Юрий, а по прозвищу Долгорукий...

Неудачи, уважаемый читатель, бывают разные. Бывает мелкая, ну, скажем, дождь в единственный выходной. А бывает крупная: когда копил-копил человек на праздник, дождался, а праздник возьми да и не задайся. Вот про такую неудачу у нас и пойдёт речь. Накопили мои соседи, Семён Семёныч с женой, денег на круиз. На самый что ни на есть морской, заграничный. Откладывали, прямо скажем, не один год, и вот наконец купили путёвку на большой круизный лайнер. Лайнер этот — это, уважаемый читатель, такой плавучий дом этажей в десять, с ресторанами, купальнями и музыкой...

Удивительная, между прочим, нынче пошла мода - всё узнавать заранее. И погоду на месяц вперёд, и пробки на дорогах, и даже, представьте, кто родится — мальчик ли, девочка. А срабатывает эта наука, прямо скажем, не всегда. Вот вам, к примеру, случай с моей племянницей. Назовём её, для простоты, Зиночкой. Замужем Зиночка года три, и вот наконец ждёт, как говорится, прибавления семейства. Дело, сами понимаете, большое и волнительное, и вся семья ходит, можно сказать, на крыльях. А пуще всех радуются будущие бабушки: у тех вообще, прямо скажем, ум за разум зашёл от счастья...

История, уважаемый читатель, знает превеликое множество великих умов. И вот что любопытно: ум-то большой, а с деньгами сплошь нелады. Возьмём, к примеру, одного лондонского мыслителя. Звали его Карл Маркс. Был это человек учёный до чрезвычайности. Сидел он в Лондоне, в эмиграции, и писал толстую книгу про деньги. Книга так и называлась — «Капитал». А вот самого этого капитала у господина Маркса, между прочим, отродясь не водилось. Жил он с семейством в Сохо, на улице Дин-стрит, в доме под номером двадцать восемь...

Удивительные, между прочим, бывают нынче способы лечения. Особенно у нашего народа. Вот ведь есть и поликлиника, и аптека, и доктор за углом. А человека всё равно, как говорится, тянет на чудеса. Есть у меня дорогой приятель, Николай Степаныч. И вот этот самый Николай Степаныч на той неделе занемог. То ли давление подскочило, то ли спину продуло. Одним словом, явное недомогание, а к доктору идти неохота. Там, говорит, и очередь, и талоны, и прочая, простите за выражение, морока. И вот сидит Николай Степаныч дома и от тоски берёт в руки телефон...

Есть у меня дорогой приятель. Назовём его, для простоты, Петром Кузьмичом. Так вот этот самый Пётр Кузьмич на прошлой неделе попал в довольно курьёзный случай с автомобилем, который у него, между прочим, угнали ещё в девяностые годы. А машина была, я вам скажу, хорошая. «Жигули», первая модель, вишнёвого цвета. Купил её Пётр Кузьмич ещё при советской власти, и досталась она ему, прямо скажем, нелегко. Копил он на неё лет восемь. Стоял в очереди. Записывался и ждал. А когда наконец выправил, отдал за неё пять тысяч пятьсот рублей...

Это было, конечно, страшно давно. Лет, считай, две тысячи назад. Жил тогда в Риме один видный полководец. Антонием звали. И угораздило его, на свою беду, крепко влюбиться. А влюбился Марк Антоний, надо сказать, не в простую женщину. А в самую что ни на есть египетскую царицу, в Клеопатру. Особа она была, прямо скажем, незаурядная: умна, обходительна и собой, говорят, хороша. Одним словом, закружила она нашему полководцу голову совершенно. А время стояло, между прочим, военное, и Рим тогда делили двое...