Лариса | Писательница

Катя узнала об этом не от мужа. Ей позвонили из банка — вежливо, почти извиняясь — и спросили, когда будет внесён очередной платёж. Катя переспросила: какой платёж? Девушка на том конце замолчала на секунду, потом уточнила номер договора. — Вы поручитель по кредиту на триста сорок тысяч, — сказала она. — Просрочка уже три месяца. Катя поблагодарила и положила трубку. Роман в это время был на кухне. Пил чай, листал телефон, и вид у него был совершенно обычный — как у человека, у которого всё в порядке...

Катя узнала о переезде свекрови в пятницу вечером. Андрей вошёл, поставил сумку у порога и сказал это между делом — как будто напомнил про хлеб в магазине. — Мама переезжает к нам. В воскресенье привезём её вещи. Катя стояла у плиты с лопаткой в руке. — Что, прости? — Ну ты слышала. Ей одной тяжело, да и квартиру её сдадим — хоть какие-то деньги. Катя положила лопатку на край кастрюли. Медленно. — Андрей. Мы не обсуждали это. — А что тут обсуждать? — он пожал плечами, уже направляясь в ванную. — Это же мама...

Катя поняла, что что-то изменилось, когда поймала себя на том, что в четверг вечером уже заранее устала. Не от работы. Не от дочки. От мысли о субботе. Потому что суббота в их семье уже семь лет означала одно и то же: подъём в семь, сборы наспех, час на электричке до Нининого посёлка, и потом — до темноты. Грядки, теплица, погреб, заготовки. И снова электричка обратно, молча, с тяжёлыми пакетами и ещё более тяжёлыми ногами. Так было каждые выходные с мая по октябрь. Семь лет подряд. Сергей в этой схеме присутствовал нечасто...

Нина Ивановна позвонила в воскресенье утром, когда Марина ещё не успела выпить кофе. — Марина, мне надо с тобой поговорить. Заедь сегодня. Без Олега. Марина поставила чашку на стол. Пять лет она замужем, и каждый такой звонок означал одно: снова что-то не так. Снова она виновата — в чём, узнает на месте. Поехала. ________________________________________________________________________________________________ Нина Ивановна жила в двухкомнатной квартире на пятом этаже. Квартира была обставлена добротно, по-советски — тяжёлые шторы, хрусталь в серванте, на стене над диваном фотографии...

Дачу Марина унаследовала от тётки шесть лет назад. Небольшой участок в Подмосковье — не близко и не далеко, час с небольшим на машине, если без пробок. Старый деревянный дом, печка, три яблони и смородина вдоль забора. Каждое лето они с Костей приезжали туда на выходные. Он жарил шашлыки, она возилась с грядками, потом сидели на крыльце с чаем и смотрели, как темнеет. Хорошие были выходные. Марина их ждала с мая. Галя позвонила в октябре. Поздно вечером, когда Марина уже собиралась спать. — Маринк, слушай, у меня тут ситуация...