Как было раньше

Двор был главным местом жизни. Не квартира, не школа — именно двор. Там проходило всё настоящее: дружба, ссоры, первые правила, первые договорённости. Двор знали наизусть. Каждую лавочку, каждую выбоину в асфальте, каждое дерево. Знали, где можно спрятаться, где дует, где сыро после дождя. Качели были железные, с цепями...

Игрушек было мало. Это важно понять сразу — не как жалобу, а как факт. Мало — и поэтому каждая была важной. Каждую знали по имени, по характеру, по тому, как она пахнет. Резина пахла особенно. Советский Чебурашка, советский Буратино — плотные, тяжёлые, с запахом, который ни с чем не спутать. Они не ломались...

Очередь была нормой. Не исключением, не неприятностью — именно нормой. Если впереди стояли люди, значит там что-то давали. И надо было встать. Не спрашивая — что. Просто встать. Потом разберёмся. Это была отдельная советская логика. Видишь хвост — становись. Спроси потом, что дают. Если что-то нужное — стоишь...

Новый год начинался с запаха мандаринов. Не с ёлки, не с гирлянд — именно с них. Оранжевые, с белыми прожилками под кожурой, они появлялись в доме только раз в году — под праздник. И этот запах значил: скоро. Ёлку доставали из кладовки. Искусственную — зелёную, с металлическими ветками, которые надо было вставлять в ствол по одной...

Каждое лето меня отправляли к бабушке в деревню. Не спрашивали — собирали чемодан, сажали на автобус или поезд, и через несколько часов я оказывался в совершенно другом мире. В деревне не было горячей воды. Не было лифта. Не было асфальта. И не было никакого контроля за тем, где ты ходишь с утра до вечера...