ИСТОРИИ, КОТОРЫЕ МОЛЧАТ

— Павлика с понедельника забирает мама, так что освобождайте детскую, мы сразу заносим стол Дениски. Моя золовка Юлия произнесла это абсолютно буднично, протискиваясь в прихожую мимо обувной полки и с грохотом опуская на пол объемистую картонную коробку. Сверху на коробке лежали перевязанные бельевой веревкой учебники и металлические ножки от детского столика, которые тут же со звоном задели дверной косяк. Юлия вытерла лоб тыльной стороной ладони и посмотрела на меня с тем нетерпеливым выражением, с каким контролеры на вокзале смотрят на замешкавшегося с билетом пассажира...

— Уступи эту должность Ульяне, Слава уже всё пообещал, тебе всё равно пора уходить на удалёнку. Свекровь произнесла это абсолютно будничным голосом, стягивая в прихожей шерстяные перчатки и аккуратно укладывая их на обувную полку, словно передавала мне талончик в очереди. Я замерла в дверях кухни с тяжёлым стеклянным чайником в руке. Вода внутри ещё вздрагивала мелкими пузырьками, отдавая ровное тепло ладони. — Какую именно должность, Алевтина Григорьевна? И когда это Слава успел пообещать? Из-за...

— Женя отдал нам дом за свой долг на пять лет, срезай замок, — заявила Ксения, высунувшись из приоткрытого окна серого кроссовера. Она даже не заглушила мотор. За машиной подрагивал прицеп, нагруженный до самого верха: сквозь рваную пленку торчали ножки кухонных табуретов, два матраса и картонные коробки, перетянутые скотчем. Я стояла у деревянного штакетника в плотных брезентовых перчатках, держа в руке секатор. В субботнее утро в Сосновом Бору воздух был густым, пахло сырым мхом, остывающей землей и близкими заморозками...

— Мы бригаду привезли, освобождайте комнаты, времени до вечера мало, а в понедельник уже начнут сдирать обои под чистовую отделку, — сказала Эльвира. Она щёлкнула выдвижной металлической лентой рулетки с резким сухим треском, будто перерезала невидимую ленту на открытии чужого магазина. Муж стоял чуть позади неё в расстёгнутой демисезонной куртке, прятал руки в карманы и старательно разглядывал серый линолеум в общем тамбуре. На площадке стоял коренастый мужчина в спецовке с карандашом за ухом...

— Вадим отдал этот бокс нам, так что освободите место до завтрашнего вечера, мы не собираемся держать новую машину под снегом. Незнакомая блондинка в распахнутом бежевом пальто произнесла это совершенно ровным, деловым тоном, поправляя на сгибе локтя тяжелую кожаную сумку — с такой невозмутимостью контролеры в поездах требуют показать билет. Я замерла на площадке седьмого этажа, удерживая пальцами связку ключей и синюю служебную папку. — Какой именно бокс, простите? И с каких это пор Вадим распоряжается имуществом в этом доме? Девушка снисходительно усмехнулась...