13 часов назад
• Вы подписаны
Слизь не смывалась. Игорь мыл руки пять раз за утро — с мылом, с жидкостью для посуды, с бензином, который нашёл в подсобке лодочной станции. Кожа покраснела, облупилась, стала болезненной на ощупь. Но ощущение — то, что он называл «звуком», хотя правильнее было бы «пульсацией», — не уходило...
Следующие три дня Игорь работал как машина. Встал в шесть, позавтракал — хлеб, чай, иногда яйцо, — поехал на водохранилище, взял пробы, замерил температуру, зафиксировал прозрачность, вернулся, занёс данные, поужинал, лёг спать...
Автобус из Смоленска шёл три часа. Дорога — асфальт, потом гравий, потом снова асфальт, но хуже, в трещинах, залатанных холодным битумом. За окном — лес, серый, сентябрьский, с отдельными жёлтыми пятнами берёз, и небо, низкое, ровное, как потолок в комнате, которую давно не проветривали...