«Жизнь между строк»

Галина Степановна позвонила в дверь в начале девятого утра. Катя ещё не успела допить кофе. Она стояла у столика, слышала звонок, и первая мысль была простой: опять. Не «кто там», не «что случилось» — просто «опять». Андрей открыл открытие. Катя поставила кружку. — Я тут немного вещей привезла, — сказала свекровь, с порога. — Помогите занести. За дверью стояли три сумки и пакет с постельным бельем. Это было три года назад. «Немного вещей» растянулось на тридцать шесть месяцев. Кате было двадцать пять, когда они с Андрее мом поженились...

Оля записалась к терапевту на 11:20 . Катя приболела — температура третьи сутки, не спадала. Поликлиника была старой, районной, с длинным коридором и лавками вдоль стены. Оля взяла талончик, нашла нужный кабинет и села ждать. И вот тогда она их увидела. Андрей и Вика сидели у окна. Напротив, Метрах в семи, может, меньше. Андрей что-то читал в телефоне, Вика держала в руках бумажный стаканчик с кофе — видимо, принесла с собой. На улице был март, холодный и серый, и Вика была в той самой куртке цвета хаки, которую Оля помнила ещё из прошлой жизни...

Антон предложил Кате выйти замуж в четверг вечером, на кухне, когда она мыла посуду. Никакого ресторана, никаких цветов — просто подошёл сзади, обнял и сказал: — Слушай, давай поженимся. Катя засмеялась, потому что сначала подумала — шутит. Но он не шутил. Кольцо лежало в кармане джинсов, маленькое, с одним камушком. Она вытерла руки о полотенце и сказала да. А потом позвонила маме. Это была ошибка. Не потому что мама не обрадовалась — мама обрадовалась, даже немного заплакала. Но уже через десять минут разговора Катя поняла: начинается...

Наташа подписала тот первый договор в банке быстро, почти не читая. Виктор стоял рядом и держал ее за руку. Красивый жест. Она тогда подумала: вот оно, настоящее. Двести тысяч рублей. Первый кредит на «их» дело. А потом был вторым. Потом квартира от бабушки. Потом ещё кое-что. И всё это называлось одним словом — «временно». — Это временно, понимаете? — Говорил Виктор каждый раз, когда она начинала считать. — Вот встанем на ноги — всё вернём. Всё будет твоё. Наташе было тридцать два, когда они женились...

«Лена, ты же понимаешь, это для папы. Он столько для тебя сделал». Лена Громова услышала эти слова в трубке и почувствовала, как что-то внутри резко натянулось — как струна, которую слишком долго тянули в одну сторону. Она стояла у окна своего кабинета на четырнадцатом этаже, смотрела на вечерние огни города и молчала. За спиной тихо гудел кулер компьютера, на столе остывал третий за день стакан кофе. Рабочий день только что закончился, но Лена задержалась — ждала важного письма от клиентов. И именно в этот момент позвонила Светлана Игоревна, свекровь...