Спорт. Справочник новичка

Всё началось с того, что я перепутал даты. У меня действительно было назначено собеседование, но на вторник. А я пришёл в понедельник. Уверенно, с папкой документов, в рубашке, которую надеваю только в «ответственные» дни, и с лицом человека, готового покорять корпоративный мир. Офис находился в стеклянном бизнес-центре. Всё выглядело серьёзно: турникеты, охрана, люди в костюмах, кофе в бумажных стаканах с логотипами. Я подошёл к ресепшену: — У меня собеседование. Девушка за стойкой проверила список. — Фамилия? Я назвал. Она пробежалась по экрану и сказала: — Да, вас ждут. Поднимайтесь на восьмой этаж. И вот тут вселенная начала тихо смеяться. Я поднялся на лифте, вышел в коридор, где уже сидело несколько кандидатов. Все с папками, с напряжёнными лицами. Я кивнул им в знак солидарности. Через пару минут вышел мужчина в очках: — Следующий. Я встал. Он посмотрел на меня: — Вы… Алексей? — Да, — автоматически ответил я. Хотя это не моё имя. Почему я так сказал? Потому что когда человек в очках с серьёзным видом называет имя, мозг иногда решает: «Ну значит, сегодня ты Алексей». Меня провели в переговорную. Там сидели ещё двое — женщина с ноутбуком и молодой парень с блокнотом. — Итак, Алексей, расскажите немного о себе, — сказал мужчина. И вот тут начался самый странный квест в моей жизни. Я быстро сообразил, что если скажу правду («Вообще-то я не Алексей и пришёл не в тот день»), это будет выглядеть глупо. А если продолжу играть роль — есть шанс выйти красиво. — У меня опыт работы с проектами, — начал я осторожно. Это было безопасно: проекты есть у всех. — Какие именно проекты? — уточнила женщина. — Разные, — сказал я с максимально деловым видом. — Командные, индивидуальные… в зависимости от задач. Парень в блокноте что-то записал. Я понял: главное — говорить уверенно и абстрактно. Через пять минут я уже рассуждал о «гибкости мышления», «способности адаптироваться» и «умении работать в условиях неопределённости». Что, кстати, было абсолютной правдой — ведь я в этот момент работал в условиях максимально возможной неопределённости. Потом начались конкретные вопросы. — Как вы решаете конфликт в команде? Я вспомнил, как недавно спорил с другом о том, где лучше заказывать пиццу, и ответил: — Я всегда стараюсь услышать обе стороны и найти компромисс. — Хорошо, — кивнул мужчина. — А если дедлайн завтра, а команда не справляется? — Тогда я беру ответственность на себя и помогаю закрыть задачи. Это прозвучало так уверенно, что я сам на секунду поверил, что именно так и живу. Интервью длилось около сорока минут. В конце мужчина сказал: — Спасибо, Алексей. Мы свяжемся с вами. Я вышел из кабинета с ощущением, что только что сыграл главную роль в спектакле «Импровизация на грани». Спустился вниз, сел на лавочку и открыл телефон. И тут увидел письмо: «Напоминаем, ваше собеседование состоится завтра в 14:00». Завтра. Не сегодня. Я понял, что прошёл интервью вместо какого-то реального Алексея, который, возможно, сейчас спокойно пьёт кофе и даже не подозревает, что его карьеру чуть не украли. На следующий день я всё-таки пришёл в назначенное время — уже под своим настоящим именем. Та же девушка на ресепшене, тот же этаж. На этот раз меня действительно вызвали по моей фамилии. В переговорной сидели… те же люди. Мужчина посмотрел на меня внимательно. — Подождите… Мы же вчера с вами уже общались? Я выдохнул. Настал момент истины. — Честно говоря… вчера я случайно пришёл не в тот день. И, видимо, прошёл собеседование вместо другого человека. В комнате повисла пауза. Потом женщина начала смеяться. Потом парень с блокнотом тоже. Даже мужчина в очках улыбнулся. — Так это были вы? — сказал он. — Мы вчера обсуждали, какой у нас «уверенный кандидат». — Простите, — сказал я. — Я не хотел никого вводить в заблуждение. Мужчина откинулся на спинку стула. — Знаете, Алексей… то есть… как вас? Я назвал своё имя. — Знаете, — продолжил он, — нам как раз нужен человек, который умеет быстро ориентироваться и не теряется в нестандартной ситуации. Женщина добавила: — Если вы вчера так импровизировали без подготовки, то с подготовкой вы вообще будете опасны.

Это был обычный вечер пятницы. Я возвращался домой с работы, усталый, с мыслями только о том, чтобы поесть и лечь смотреть сериал. Поднимаюсь на свой этаж, открываю дверь… и понимаю, что в квартире играет музыка. Причём не тихо — а так, будто там проходит день рождения минимум на двадцать человек. Первая мысль: «Странно, я же живу один». Вторая мысль: «Может, соседи?». Но дверь-то открылась моим ключом. Захожу в коридор, а там стоят чужие ботинки. Много. Очень много. И все явно не мои — среди них были розовые кроссовки с блёстками, огромные мужские берцы и даже какие-то блестящие туфли. Я завис. В этот момент из комнаты выходит женщина лет пятидесяти и говорит: — О, вы, наверное, к Лене? Проходите, стол там! Я стою, смотрю на неё и понимаю, что это вообще не моя квартира. Оказалось, я просто перепутал этаж. На моём и на соседнем одинаковая планировка, а я по привычке вышел не там. Самое странное — мой ключ каким-то чудом подошёл к их замку. Позже выяснилось, что у нас просто очень похожие замки, и дверь была не до конца закрыта. В итоге я извинился, объяснил ситуацию, а хозяева вместо того чтобы разозлиться… предложили остаться. «Ну раз уж пришёл!» — сказали они. Я, конечно, отказался. Но до сих пор думаю: а вдруг это была судьба и я пропустил лучший салат в своей жизни?

Есть два типа фраз, которые нельзя произносить вслух: «Да там быстро» и «Поможешь с переездом?». В тот вечер я умудрился отреагировать на вторую фразу слишком бодро. Друг позвонил и сказал: — Слушай, завтра переезжаю. Ничего серьёзного, буквально пару коробок. Часик — и всё. Опыт подсказывал, что «часик» в переводе с дружеского означает «весь день и ещё немножко», но я почему-то решил, что в этот раз будет иначе. Утром я пришёл к нему. Перед подъездом стояла машина. Не грузовая. Не фургон. Обычный седан. — А где остальное? — спросил я. — Всё поместится, — уверенно сказал он. — Мы компактно сложили. Я зашёл в квартиру и увидел «компактно сложили». Это был склад. Коробки стояли в три ряда, диван занимал половину комнаты, холодильник смотрел на меня так, будто заранее извинялся. — Ты говорил «пару коробок», — напомнил я. — Ну… если считать крупными партиями, — ответил друг. Первый час прошёл бодро. Мы выносили мелкие вещи, шутили, чувствовали себя героями рекламы мужской дружбы. Потом дошла очередь до дивана. Диван, к слову, был угловой. Старый, массивный, и, судя по всему, собранный внутри квартиры навсегда. Мы попытались вынести его через дверь. Он не проходил. — Может, под углом? — предложил я. — Уже пробовали. — Может, разобрать? — Нет инструментов. Мы стояли, глядя на диван, как археологи перед древним саркофагом. В какой-то момент к нам вышла соседка: — Ребята, вы надолго? — Нет, нет, — бодро ответил друг. — Часик максимум. Я видел в её глазах понимание. Она уже знала, что это ложь. Мы потащили диван к лестнице. Лифта в доме не было. Третий этаж. Узкие пролёты. Диван застрял между перилами и стеной. — Давай назад. — Куда назад? Он уже не назад. Я впервые в жизни услышал, как мебель может издавать звук отчаяния. Через сорок минут борьбы мы спустили его на этаж ниже. Я вспотел так, будто сдавал нормативы в армии. Друг сохранял оптимизм: — Зато кардио! Когда мы наконец вынесли диван на улицу, оказалось, что в машину он не помещается. — Ты же говорил — всё поместится! — Ну… почти всё. Мы сняли ножки. Он всё равно не помещался. В итоге пришлось вызывать грузовое такси. То есть тот самый фургон, который надо было заказать изначально. Пока мы ждали, я сел на бордюр и понял, что «переезд друга» — это отдельный вид спорта. Но кульминация была впереди. Когда приехали в новую квартиру, выяснилось, что дверь там ещё уже. — Ты измерял проёмы? — спросил я. — Ну… примерно. Диван снова застрял. Уже на входе. Соседи новой квартиры наблюдали за процессом, как за бесплатным шоу. — Может, оставить его здесь? — предложил я. — Это мой любимый диван! В какой-то момент мы поняли, что единственный способ — занести его через балкон. Четвёртый этаж. Без лифта. Я посмотрел на друга. — Ты уверен, что мы друзья? Через два часа, с помощью случайных прохожих и верёвки, диван оказался внутри. Мы лежали на полу и смотрели в потолок. — Спасибо, что помог, — сказал он. Я молча кивнул. Потому что говорить уже не мог. С тех пор, когда кто-то произносит «переезд» и «часик», я автоматически проверяю календарь и внезапно становлюсь очень занятым человеком.

Первое свидание — это всегда немного стресс. Ты стараешься выглядеть естественно, но не слишком. Умно, но не занудно. Смешно, но не клоуном. Я договорился встретиться с девушкой в уютном кафе в центре. План был простой: кофе, разговор, максимум два часа — и разойтись с ощущением «посмотрим, что дальше». Я пришёл заранее. Проверил телефон. Поправил рубашку. Вдох-выдох. Она пришла с улыбкой. Всё шло отлично. Разговор лёгкий, шутки заходят, кофе вкусный. Я уже мысленно поставил этому вечеру твёрдую восьмёрку. И тут она сказала: — Слушай, а давай после кафе заедем ко мне? Там просто… маленький семейный ужин. Внутри меня что-то щёлкнуло. — Семейный? — осторожно переспросил я. — Да, ничего особенного. Просто родители и брат. Они всё равно хотели со мной увидеться. В этот момент мой мозг начал кричать: «Это первое свидание! Первое!» Но вслух я сказал: — Конечно. Почему нет? Почему я это сказал — до сих пор загадка. Через полчаса я стоял у двери её квартиры с пакетом пирожных, которые купил по дороге, чтобы выглядеть воспитанным. Дверь открыла её мама. Серьёзная женщина с внимательным взглядом. — О, это тот самый? — сказала она, оглядывая меня. «Тот самый» звучало слишком финально. В гостиной сидел отец — молчаливый, с газетой. Брат — подросток с выражением «я сейчас тебя протестирую». И бабушка, которая сразу сказала: — Садись, кушай. Худой какой. Я понял, что пути назад нет. За столом начался допрос под видом светской беседы. — Где работаешь? — Какие планы? — Квартира своя? — Машина есть? Я отвечал максимально честно, но без лишних деталей. Брат вдруг спросил: — А вы спортом занимаетесь? Я вспомнил своё падение на пробежке, но ответил: — Стараюсь поддерживать форму. Отец кивнул, будто это был важный пункт проверки. В какой-то момент бабушка решила рассказать историю о том, как в её молодости «женихи были смелее». Я почувствовал, что нахожусь на экзамене, о котором меня забыли предупредить. Но неожиданно разговор стал легче. Мы начали обсуждать путешествия, смешные случаи на работе. Я пошутил про то, как однажды перепутал этаж и попал на чужой праздник — все рассмеялись. Отец даже сказал: — Ну ладно, вроде нормальный парень. Это звучало как официальное одобрение. Когда вечер закончился и мы вышли на улицу, я выдохнул. — Прости, что так вышло, — сказала она. — Они просто любопытные. — Ничего, — ответил я. — Теперь я хотя бы знаю, что меня ждёт в будущем. Мы рассмеялись. Самое смешное? Второго свидания не было. Мы поняли, что скорее друзья. Но её семья до сих пор здоровается со мной, если встречаемся в районе. И каждый раз её мама говорит: — Заходи как-нибудь на ужин. И я улыбаюсь. Но на всякий случай проверяю, нет ли там ещё одного «небольшого семейного сюрприза».