Мораль с перчинкой

Людмила верила в синергию. В её карте Tinder был чёткий фильтр: «только с высшим образованием, рост от 180, не курит, читает Хармса, разбирается в энармонике греческих ладов». Её идеал носил имя «Константин» и говорил бархатным баритоном о Бродском за бокалом prosecco. А потом в её жизнь въехал Витя. Он приехал чинить ей посудомойку. Он был ниже её на полголовы, в футболке с надписью «Химбай», и вместо рассуждений о ладах спросил: «У вас клей «Момент» есть? А то тут штуцер подтекает». Он чинил, громко...

Геннадий Петрович купил шесть соток с одной благородной целью — ничего на них не делать. «Природа сама всё даст, — заявил он. — Главное — не мешать». Его участок стал оазисом философского покоя посреди всеобщей садовой суеты. Сосед дядя Витя с рассвета носился с лопатой: копал, поливал, подвязывал. Геннадий Петрович наблюдал за ним из гамака, попивая чай. — Витя, ты суетишься, как таракан на сковороде! Расслабься! Земля — она живая, она всё сама чувствует! Наступила посадка. Дядя Витя загородился рассадой помидоров...

В цирке «Гигант» шли невесёлые дни. Номер со слоном Арчибальдом проваливался. Дрессировщица Марта выводила его на манеж, он важно кланялся, а потом… просто стоял. Зрители скучали, критики язвили, а директор цирка Фома Игнатьевич ходил, как на иголках. — Публика хочет драмы! Огня! А он — как мебель на ножках! — кричал он Марте. — Он не мебель, он — мудрость, — пыталась защитить питомца дрессировщица. — Мудрость не продашь! Его можно пирамидой из салфеток звать или ходячим холмом — сути не изменишь! Номер — мёртв! И тут родилась «гениальная» идея...

Во всём доме знали соседа Геннадия Петрович. Он был ходячим НЗ на случай апокалипсиса. В прихожей у него висела каска и лежал топорик «на случай завала». Балкон напоминал склад МЧС: канистры с водой, батарейки, гречки мешок и почему-то два весла. Соседи над ним посмеивались: «Гена, тебе бы в бункере жить, а не в хрущёвке!». Однажды зимой, в лютый мороз, домовой комитет объявил: «Завтра с 8 утра отключаем воду на сутки — аварийные работы». Весь вечер дом бурлил: «Как сутки без воды?! Кофе не сварить! Душ не принять! Катастрофа!»...