Валюшкины рассказы

Будто это просто очередной семейный скандал. Я медленно складывала туда вещи, не потому что спешила уйти прямо сейчас, а потому что этот ритуал давал мне ощущение хоть какого-то контроля. Когда ты аккуратно складываешь свитер или джинсы, ты будто говоришь себе: «Вот это моё. Это я могу забрать». Сергей так и не вошёл. Он стоял по ту сторону двери, и его молчание давило сильнее любых слов. В какой-то момент я услышала, как он сел на диван в гостиной - знакомый скрип, который я могла бы узнать из сотни...

Дом пах старым деревом, пылью и чем-то сладким - тем самым запахом, который появляется, когда люди годами живут в одном месте и оставляют в нём не только вещи, но и себя. Я вернулась сюда после похорон отца. Не по желанию - по необходимости. Бумаги, наследство, ключи, счета, всё это вдруг оказалось моей заботой, потому что именно я оказалась единственным человеком, который вообще что-то умел делать. Мама встретила меня в коридоре, будто я была не дочерью, а курьером. Она даже не обняла. Просто кивнула и сказала: - Проходи, раз уж приехала...

Он сразу всё сказал честно. Настолько честно, что это даже подкупало. Женат. Разводиться не собирается. В семье - дети. Уходить из дома не планирует. Но между ними давно всё умерло. Живут как соседи. Спят в разных комнатах. Разговаривают только по делу. - Я не вру, - сказал он тогда. - Я просто не хочу делать больно всем сразу. Я слушала и почему-то верила. Наверное, потому что он не обещал сказок. Он не говорил, что я единственная. Он говорил, что я настоящая. А остальное - формальности. Мы встречались сначала редко...

Когда в чате класса написали: «Нужен кто-то, кто будет координировать вопросы», я долго смотрела на экран. Сообщения шли одно за другим, но все были одинаково осторожные. Никто не говорил “я”. Все говорили “надо бы”, “хорошо бы”, “кто-нибудь”. Я тогда подумала, что это на пару недель. Собрать вопросы, передать учителю, напомнить про собрание. Ничего героического. Я написала: «Могу попробовать». В ответ прилетело десяток сердечек и “спасибо”. В тот момент это даже было приятно. Казалось, что я сделала что-то полезное и нужное...

Когда я везла чемодан на колёсиках по их подъезду, мне казалось, что это ненадолго. Пару месяцев, максимум три. Переждать, прийти в себя, найти новую работу, снять что-то своё. Я тогда ещё верила в слова «родные люди» и «в трудную минуту не бросят». - Живи спокойно, - сказала тётя, когда открыла дверь. - У нас места хватает. Квартира у них была большая, старая, с высокими потолками и вечным запахом еды. Там жили тётя, её муж и взрослый сын, который «пока ищет себя». Мне выделили маленькую комнату с диваном и шкафом без одной дверцы...